Читаем Щит полностью

«Через несколько дней, когда я сделаю свое официальное заявление, мое имя войдет в анналы истории. А пока нет ничего удивительного, что я на Земле никому не нужен. Нельзя же провести большую часть жизни в другом мире, так отличном от этого, что кажется сном, а по возвращении мгновенно стать таким же, как эти шесть миллиардов землян».

Раздался звонок.

В первое мгновение удивленный Коскинен не двинулся с места. «Кто?.. Кто-нибудь с корабля, — с надеждой подумал он. — Такой же одинокий, как я сам». Он вспомнил про сканер, включил его, но экран был пуст.

Дверь открылась, и вошли два человека. Один из них нажал кнопку возле двери, и та закрылась. Затем он переключил что-то в маленькой плоской коробочке, которую держал в руке. Сканер ожил, и на экране появился пустой коридор. Человек опустил приборчик в карман голубой блузы. Его напарник двигался вдоль стены до тех пор, пока в поле его зрения не попала ванная комната.

Коскинен стоял не двигаясь и ничего не понимая. Это были мощные мужчины, лица их были лишены всяческого выражения.

— Эй, — начал он. — В чем дело?

Голос его прозвучал довольно слабо и беспомощно, как будто звукоизоляция стен и пола заглушила его.

— Ты Пит Дж. Коскинен с Бонса?

— Да. Но…

— Мы из Службы Безопасности.

Один из вошедших достал из кармана бумажник, раскрыл его. Коскинен посмотрел на идентификационную карту, сравнил лицо владельца с фотографией, и живот у него сжался.

— В чем дело? — спросил он мгновенно охрипшим голосом, так как даже новички на Земле знали, что СБ не разменивается На простые преступления.

Человек захлопнул бумажник. Коскинен успел заметить имя — Сойер. Второй пока оставался анонимом.

— Наше бюро получило сообщение о тебе и твоей работе на Марсе, — сказал Сойер. Его глаза пристально смотрели на Коскинена. — Сначала скажи, у тебя назначены какие-нибудь встречи на этот вечер?

— Нет, нет, я…

— Отлично. Помни, что мы проверим все твои слова, даже с помощью психовмешательства. Лучше не лги нам.

Коскинен отступил на шаг. Его руки вспотели.

— В чем дело? Я арестован? За что?

— Назовем это просто предохранительной мерой, — сказал Сойер чуть более дружеским тоном. — Технический арест, но технический только до тех пор, пока ты не откажешься помогать нам.

— Но что я сделал? — внезапный гнев охватил его. — Вы не можете пичкать меня наркотиками, я знаю свои права!

— Верховный Суд три года назад постановил, что в случаях, касающихся национальной безопасности, допустимы методы психического вмешательства. Разумеется, эти свидетельства не могут быть использованы в суде — пока. Но это и не важно, — Сойер наклонился к Коскинену. — Где эта штука?

— Какая? — Коскинена охватила дрожь.

— Экранирующее устройство. Ты взял его с корабля со своим багажом. Где оно?

«Это почти единственный мой багаж», — пронеслось у него в голове.

— Что вам нужно, — услышал он свой срывающийся голос. — Я… никогда не воровал. Я только хотел иметь его при себе… пока не сделаю официального сообщения.

— Никто не считает тебя вором, — сказал человек у двери. — Просто Служба Безопасности считает гаджет опасной штукой. Кто еще знает о нем кроме других членов экспедиции?

— Никто, — Коскинен облизнул губы. Страх понемногу начал оставлять его. — Он у меня здесь… в этой комнате.

— Отлично. Давай его сюда.

Коскинен прошел в кабинет и нажал кнопку. Стена скользнула в сторону, и появились кое-какая одежда, плащ и сверток размером два на один фут. Он был завернут во вчерашнюю газету и перевязан шнурком.

— Вот, — сказал Коскинен.

— И это все? — подозрительно спросил Сойер.

— Устройство небольшое. Я покажу вам, — Коскинен наклонился, но Сойер положил руку ему на плечо и оттянул назад.

— Не надо. Держись подальше от него.

Коскинен постарался подавить гнев, вновь завладевший им. Он свободный американский гражданин, который хорошо поработал для своей страны. Кто они такие, эти плоскостопые, чтобы так обращаться с ним!

Служба Безопасности — вот кто. Это заставило его содрогнуться. Конечно, он мало знал о них, никогда не слышал, чтобы они хватали людей без вины, но о Службе Безопасности всегда говорили только приглушенным тоном.

Сойер быстро осмотрел комнату.

— Больше ничего, — кивнул он. — О’кей, Коскинен, расплатись здесь — и мы уходим.

Коскинен сложил вещи в чемодан, подошел к телефону, набрал номер и невразумительно пробормотал, что чрезвычайные обстоятельства вынуждают его срочно уехать. Затем он подписал чек, и клерк, принявший внизу его факсимиле, спросил, не нужен ли ему носильщик.

— Нет, благодарю, — Коскинен отключил связь и посмотрел в лицо агента, имени которого он так и не узнал: — Я надолго? — спросил он.

— Это решаю не я, — агент пожал плечами. — Идем. Коскинен сам понес свой чемодан, а Сойер взял сверток.