Читаем Шашлык из леопарда полностью

Диалог на дне особняка глухо бурлил, наверх всплывали, доносились отдельные эмоциональные фразы и слова — и эти слова и обрывки фраз органично дополняли картину неописуемого бреда. "Я же не мог хеджировать радикс!" — это "магистр". "Я говорю — в сидерическом! Фьючерс в сидерическом! Ты бы тогда вернулся в точку", — это через полминуты не знакомый ей "сенешаль". Еще какого-то "патентного поверенного", названного также "канониром" не могли загнать в "парс Фортуны". Перечисляли числа и даты. Проскочила очень древняя, двадцатилетней давности дата и снова — в связи с "парсом Фортуны": "…Все равно не ее парс Фортуны!" Потом прозвучали нехорошие, опасные слова — "несанкционированный вход".

Теперь уже не внизу, а у нее в голове бурлила эта немыслимая смесь биржевых, патентных и астрологических терминов. С астрологией она когда-то чуть-чуть разбиралась. На всякий случай. Не со своей и не для себя, а так — для работы. Но никогда не использовала, решив опереться только на свою силу. Она сказала себе: теперь твоя сила все сломит. Это тогда. А сейчас, в чужом, душном и тесном шкафу…

Она помнила, что "радикс" — это гороскоп рождения. Как его можно хеджировать, то есть застраховать заранее? "Сидерическое время" измеряется относительно звезд. "Парс Фортуны" — это, типа, точка, момент полного счастья, который можно ухватить, зная его время и место. Кто они тут?! Правда, что ли, масоны? Кремлевские астрологи?

"Босс точно убьет", — еще более легкомысленно подумала она, чувствуя, как ноги безнадежно деревенеют.

Вдруг разговор затих, полминуты снизу настороженным дымком поднималось безмолвие… и вот снова дала о себе знать лестница. Снова стали опасно приближаться шаги…

Она затаила дыхание… "Надо просто спросить у него о прогнозе… — придумала она свою собственную несусветную чушь на тот самый случай. — Здрасьте, мистер Медведев! А такие осадки вы прогнозировали?.. Проверочка компетентности и профессионального соответствия, господин, как вас там… хеджированный магистр астрологии".

Они поднимались оба!

Анна на миг поддалась страху, но тут же подавила его: "Тем хуже для обоих!"

Они поднялись, но… зашли в другую комнату… Видимо, в кабинет "сенешаля". Она отчетливо опознала звук закрывающейся двери.

"Боже, помоги!" Она толкнула створки шкафа и тут же остановила их обеими руками, чтобы, распахнувшись, не хлопнули, подхватила сумку, выскочила из кабинета и понеслась на носках вниз по лестнице.

Прямо на последней ступеньке сумка стукнула о балясину — "черт!" Она понеслась к выходу.

— Кто там?! — догнало сверху.

Она толкнула дверь и, не закрывая ее за собой, ринулась не бегом, но предельно быстрым шагом в направлении проходной… Фонари уже горели — значит, выход оставался только там: через парадный вход, через КПП. Стометровка спортивной ходьбой.

— Эй, постойте!.. Стоять!

Нет, теперь уже пятидесятиметровка бегом с грузом. Бросить нельзя — казенное оборудование!

Она была уверена, что господа астрологи не станут преследовать ее на территории при полном параде, во фраках и в цилиндрах… Еще не известно, кого задерживать — ее в нормальном, современном, деловом прикиде или этих безумных масонов… так, да?

— Стойте, вам говорят! — уже издалека, явно с отставанием. — Сенешаль, включи охрану!

Хрена вам, не успеете! Выход был уже близко, десяток шагов!

— Девушка! — Это уже охрана в каптерке при входе: мутный свет в мутном окошке, мутный силуэт. — Вы откуда?

Даже не смотри на него…

— Оттуда! — Легкий взмах свободной руки.

Кнопка магнитного замка приближалась к ее глазам, как пуля.

— Откуда еще? Пропуск!

— Молодых людей спросите. — Тоном девочки по вызову.

Кнопка. Щелчок. Дверь настежь. Наружу, где мать-тьма… Наружи — мать-воля!

— Задержите ее! — Откуда-то из забытого уже далека.

— Эй, ты куда?! Стой, говорят!

Сам знаешь, куда!

Бегом во тьму… Только бы не споткнуться на корнях…

Черт, как это похоже на то бегство, от ментов во Владике.

Бежала она, конечно, не вдоль въезда в пансионат с шоссе, а прямиком через жидкую чащу. Ветки цеплялись… Только бы одежку не порвать, костюмчик за две с половиной штуки!

Чаща разлетелась внезапно — и она увидела шоссе и остановку. Машина стояла на месте… "Господи, помоги завестись!" Она сделала еще один резкий спурт и за эту рекордную стометровку еще успела похвалить себя: не зря бегала по утрам. Не зря и качалась — как раз этой проклятой сумочки.

Не переводя дух, она открыла дверцу машины, как снайпер точно, попав среди всемирной тьмы ключом в замок. Швырнула сумку внутрь — теперь уж нечего беречь спецбарахло босса. Швырнулась на переднее, водительское сиденье сама. Сиденье обожгло… Это обжег тело горячий пот, одежка прилипла к коже.

Только бы завелась!

Завелась!

Не успела она рвануться — хлопнуло-хрустнуло сзади, и ее будто обдало конфетти… какое конфетти! Брызги стекла!

Она рванула с места, едва не задела угол остановки — и только через сотню метров обомлела и похолодела насмерть! В нее же стреляли… а попали в заднее дверное стекло!

Справа пролетали фонари дачного поселка, она бросила взгляд через плечо — сзади светилось кольцо кружев с дыркой в середке!