Читаем Шарм полностью

Эти штуки очень остры, особенно если твоя кожа не защищена тканью джинсов, и край чешуйки разрезает кожу на моей ладони. Мою руку заливает кровь, так что держаться мне становится в сто раз труднее – и это если не принимать в расчет боль.

Но ставка слишком высока, чтобы я мог отпустить край этой чешуйки. Поэтому я просто стискиваю зубы и, продолжая крепко держаться, жду возможности осуществить свой план.

И она наконец представляется мне, когда драконша облетает часовую башню и, чтобы не наткнуться на острые шпили, подбирает когтистые лапы, в которых зажат Луми.

Сейчас я максимально близко к нему, но понимаю, что у меня есть всего несколько секунд, чтобы воспользоваться этой близостью. Как только мы обогнем район высоких зданий, драконша снова опустит свои лапы, и возможность добраться до Луми будет упущена.

Поэтому я не даю себе времени на то, чтобы подумать, что может пойти не так, а отпускаю чешуйку и, изо всех сил оттолкнувшись от хвоста драконши ногой, пролетаю около восьми футов до ее лап. И до Луми.

Пытаясь за что-нибудь ухватиться, я вцепляюсь здоровой рукой в рубашку Луми и крепко держусь за нее.

Луми вопит, когда я врезаюсь в него и начинаю скользить вниз, но он тоже пытается за что-то ухватиться – за какую-то часть меня.

Он хватается за запястье моей порезанной руки и сжимает его с удивительной для такого тощего парня силой. И вот я повисаю в воздухе, словно летя на параплане, только вместо параплана у меня гребаный дракон.

– Что мы будем делать? – вопит Луми, стараясь перекричать шум ветра в ушах.

Части меня хочется сказать, что я понятия не имею, но вряд ли такой ответ будет воспринят с восторгом. К тому же сейчас мы можем сделать только одно – прыгнуть и молиться о том, чтобы приземлиться на что-то мягкое.

Но у нас будет только один шанс, так что мне надо следить за тем, чтобы не прыгнуть слишком рано или слишком поздно. Честно говоря, думаю, наилучший вариант – это приземлиться на одну из палаток, расставленных на площади. Это нужно, чтобы смягчить падение, и тогда я смогу доставить Луми к земле так, чтобы он не пострадал.

Значит, надо сделать так, чтобы когти разжались в нужный момент. А если учесть, что в прошлый раз мне пришлось туго, все это может закончиться весьма и весьма паршиво.

К тому же, чтобы разжать когти, мне нужны обе руки, а сейчас только их хватка удерживает меня от того, чтобы рухнуть вниз. Их хватка, а также Луми, который крепко сжимает мое запястье.

Драконша опять приближается к площади, а значит, мне необходимо быстро что-то придумать. Очень надеюсь, что Грейс не решит прилететь сюда, чтобы попытаться выручить меня. Мне совсем не хочется, чтобы драконша поранила ее или подожгла, если Грейс будет находиться не в той своей ипостаси, которая состоит из сплошного камня. Если это случится, боюсь, я сожгу весь этот гребаный город дотла, лишь бы добраться до этой чертовой твари.

Я начинаю медленно перемещать руку вдоль когтя к суставу драконьей лапы и тут замечаю кинжал Луми, висящий в ножнах на его поясе. Мы с Грейс предложили, чтобы все горожане вооружились мечами – одним или двумя, – но Луми заартачился, сказав, что ему хватит и кинжала.

Тогда я подумал, что это непредусмотрительно с его стороны, но сейчас понимаю, что я еще никогда в жизни так не радовался чьему-то упрямству. Потому что этот кинжал поможет спасти наши гребаные жизни.

Подлетая к той части площади, где находятся палатки – и где все еще остаются очаги огня, – драконша увеличивает скорость. Понимая, что я могу упустить эту возможность, и не зная, выдержит ли моя скользкая от крови рука еще один круг по городу, я кричу Луми, чтобы он держался за мое запястье максимально крепко.

В этой ситуации я могу сделать только одно – совершить прыжок в неизвестность, надеясь, что я приземлюсь в таком месте, которое поможет нам не разбиться насмерть.

Глава 117 От дымки с любовью

– Хадсон –

Последние пять минут я что есть сил держался за рубашку Луми, и у меня не сразу получается убедить мозг разжать хватку. Когда мне это наконец удается, я подтягиваюсь и выхватываю кинжал Луми из ножен.

Я смотрю, как драконша приближается к палаткам. Сейчас или никогда, говорю я себе и кинжалом бью ее по лапе.

– Держись! – кричу я и радуюсь, когда Луми обхватывает мою талию, и обе мои руки оказываются свободны.

Драконша кричит от боли, и мы начинаем падать. Но вместо того чтобы испугаться и улететь, она приходит в ярость и изрыгает струю огня, которая сжигает все палатки, в том числе и ту, на которую я собирался приземлиться. Ну еще бы.

– Новый план, – кричу я Луми, пока мы летим вниз.

– У тебя есть план? – кричит он в ответ, заглушая шум ветра.

– Вообще-то нет, – признаюсь я и, пока Луми продолжает цепляться за меня, стараюсь перевернуться в воздухе. Моя цель заключается в том, чтобы приземлиться первым и послужить для него чем-то вроде подушки. Это не лучший план, и я знаю, что переломаю себе кости, но я не могу допустить, чтобы он погиб.

Самое худшее – это не падение, а отскок, напоминаю я себе, хотя по-прежнему считаю, что это чушь. И готовлюсь…