Читаем Шараф-наме. Том I полностью

После того как поддерживаемый везиром Фархад-пашой он взялся за дело управления Джезире и властвовал там год и четыре месяца, великий везир 'Усман-паша[612] передал управление Джезире мир Мухаммаду, сыну Хан Абдала. Будучи низложеным, мир 'Азиз сопровождал в походе на Тебриз[613] победоносные мусульманские войска и при оказании государю услуг в ответ на его благодеяния являл рвение и непреклонность. Затем он оставил Джезире и проживал в Синджаре.

Когда 'Усман-паша в Тебризе умер и Фархад-паша, став во второй раз сардаром, пошел на страну персов, мир 'Азиз в Эрзеруме прибыл к сардару с изъявлением покорности[614]. Управление Джезире было пожаловано ему при условии, что тридцать [заселенных] неверными деревень, относящихся к Джезире, войдут в августейшие государевы домены и ежегодно он будет поставлять в государеву казну около шестидесяти тысяч золотых из доходов с упомянутых деревень. Услышав такое известие, эмир Мухаммад отправился к порогу султана. Когда бразды ведения везирских дел попали в достойную десницу Синан-паши, эмира Мухаммада по просьбе мир 'Азиза отослали в Румелию, дабы предотвратить меж ними враждебные действия.

Округ Танза, что служил местом жительства и источником средств существования для эмира Шарафа и его братьев, эмир 'Азиз закрепил на правах санджака за своим сыном по имени Хаджжи-бек. Устремив свои помыслы на расправу с сыновьями Хан Абдала, он спокойно и уверенно, 'без чьего-либо вмешательства и соучастия взялся за [дело] правления. Когда таким образом прошло несколько дней, /138/ [действуя] заодно со своими братьями эмиром 'Иззаддином, эмиром Сайфаддином и эмиром Абдалом, из которых каждый был молодым побегом, выросшим в саду владычества, и кипарисом, вознесшим вершину в цветнике власти до [звезды] Капеллы, — ашираты и племена [не одним, а] сотнею сердец полюбили их за благородный нрав и благие деяния, — сын Хан Абдала эмир Шараф повязал чресла души поясом вражды с намерением оказать эмиру 'Азизу сопротивление. Желая отомстить за смерть своего брата мир Насира, они напали на его наместников. Более того, они отобрали у мир 'Азиза вилайет Джезире, оставив в его владении лишь город и крепость. Эмир 'Азиз был вынужден защиту и охрану города и крепости препоручить заботам своего сына Хаджжи-бека и племянника мир Хаванда и отправился к государеву двору — прибежищу мира — добиваться наказания сыновей Хан Абдала.

Эмир Шараф с братьями захватил окрестности, поселения и округа Джезире. К нему примкнула большая часть племени бохти, они подошли к крепости и приступили к [ее] осаде. Поскольку осада затянулась на сорок дней, а от эмира 'Азиза помощи им не поступало, положение их оказалось крайне стесненным. По велению судьбы в это время умер Хаджжи-бек, что отправился к эмиру эмиров Диарбекира Ибрахим-паше за помощью и поддержкой. В полночь, оставив семью эмира 'Азиза в крепости, мир Хаванд со считанным числом людей открыл ворота крепости и покинул ее.

Брат эмира Шарафа эмир Сайфаддин узнал об этом и преградил ему путь. Меж ними произошла битва, и в том сражении эмир Сайфаддин погиб от руки эмира /139/ Эмир Хаванд благополучно унес душу из той пучины, но эмир Шараф и эмир 'Иззаддин вошли в крепость Джезире и разграбили богатства и имущества мир 'Азиза и всех друзей его. Членов его семьи как рабов отдали в руки курдов, разделив между собой рабынь — танцовщиц и наложниц, которые перешли в их собственность. В такой обстановке погиб и малолетний сын мир 'Азиза.

Когда [известия] об этих событиях распространились до [монаршего] порога и дошли до высочайшего августейшего слуха, [государь] отправил эмира эмиров Мосула Хусайн-пашу сопровождать мир 'Азиза. Был издан непререкаемый указ на имя эмиров и правителей Курдистана, дабы вместе с Хусайн-пашой они пошли на Джезире, отобрали ту страну у смутьянов, передали во владение мир 'Азизу, мир Шарафа же и его братьев, что утвердились[615] в Джезире, прибегнув к насилию, схватили и не оставляли безнаказанными их недостойные деяния, подвергнув их каре, которая бы послужила другим бунтовщикам назиданием.

Хусайн-паша поспешил исполнить приказ и вместе с правителем Хазо Мухаммад-беком и войском Мосула зимою 999 (1590-91) года пошел на Джезире. Эмир Шараф и братья, прослышав о его выступлении, оставили крепость “ город и направились в Танза, а оттуда — в направлении Хизана и Мокса, захватив свои семьи. Хусайн-паша оставил мир 'Азиза в крепости Джезире и возвратился назад. После отъезда паши эмир Шараф вместе с братьями и большинством знати отправился на осаду крепости Джезире. Эмир 'Азиз, будучи не в состоянии /140/ сопротивляться и устоять перед их натиском, оставил крепость и город и бежал с эмиром Хавандом. Эмир Шараф пустился за ним в погоню. Во время преследования мир Хаванд погиб от руки эмира Шарафа, а эмира 'Азиза несколько дней спустя нашли в пустыне мертвым. Стихотворение:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ригведа
Ригведа

Происхождение этого сборника и его дальнейшая история отразились в предании, которое приписывает большую часть десяти книг определенным древним жреческим родам, ведущим свое начало от семи мифических мудрецов, называвшихся Риши Rishi. Их имена приводит традиционный комментарий anukramani, иногда они мелькают в текстах самих гимнов. Так, вторая книга приписывается роду Гритсамада Gritsamada, третья - Вишвамитре Vicvamitra и его роду, четвертая - роду Вамадевы Vamadeva, пятая - Атри Atri и его потомкам Atreya, шестая роду Бхарадваджа Bharadvaja, седьмая - Bacиштхе Vasichtha с его родом, восьмая, в большей части, Канве Каnvа и его потомству. Книги 1-я, 9-я и 10-я приписываются различным авторам. Эти песни изустно передавались в жреческих родах от поколения к поколению, а впоследствии, в эпоху большого культурного и государственного развития, были собраны в один сборникОтсутствует большая часть примечаний, и, возможно, часть текста.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Поэмы
Поэмы

Удивительно широк и многогранен круг творческих интересов и поисков Навои. Он — РїРѕСЌС' и мыслитель, ученый историк и лингвист, естествоиспытатель и теоретик литературы, музыки, государства и права, политический деятель. Р' своем творчестве он старался всесторонне и глубоко отображать действительность во всем ее многообразии. Нет ни одного более или менее заслуживающего внимания вопроса общественной жизни, человековедения своего времени, о котором не сказал Р±С‹ своего слова и не определил Р±С‹ своего отношения к нему Навои. Так он создал свыше тридцати произведений, составляющий золотой фонд узбекской литературы.Р' данном издании представлен знаменитый цикл из пяти монументальных поэм «Хамсе» («Пятерица»): «Смятение праведных», «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Семь планет», «Стена Р

Алишер Навои

Поэма, эпическая поэзия / Древневосточная литература / Древние книги
Логика птиц
Логика птиц

Шейх Фарид ад-Дии Аттар Нишапури — духовный наставник и блистательный поэт, живший в XII в. Данное издание представляет собой никогда не публиковавшийся на русском языке перевод знаменитой поэмы Аттара «Логика птиц», название которой может быть переведено и как «Язык птиц».Поэма является одной из жемчужин персидской литературы.Сюжет её связан с историей о путешествии птиц, пожелавших отыскать своего Господина, легендарного Симурга, — эта аллегория отсылает к историям о реальных духовных странствиях людей, объединившихся во имя совместного поиска Истины, ибо примеры подобных объединений в истории духовных подъемов человечества встречаются повсеместно.Есть у Аттара великие предшественники и в литературе народов, воспринявших ислам, —в их числе достаточно назвать Абу Али ибн Сину и Абу Хамида аль-Газали, оставивших свои описания путешествий к Симургу. Несмотря на это, «Логика птиц» оказалась среди классических произведений, являющих собой образец сбалансированного изложения многих принципов и нюансов духовного пути. Критики отмечали, что Аттару в иносказательной, аллегорической форме удалось не только выразить очень многое, но и создать тонкий аромат недосказанности и тайн, для обозначения которых в обычном языке нет адекватных понятий и слов. Это сочетание, поддержанное авторитетом и опытом самого шейха Аттара, позволяло поэме на протяжении веков сохранять свою актуальность для множества людей, сделавшихдуховную практику стержнем своего существования. И в наше время этот старинный текст волнует тех, кто неравнодушен к собственной судьбе. «Логика птиц» погружает вдумчивого читателя в удивительный мир Аттара, поэта и мистика, и помогает ищущим в создании необходимых внутренних ориентиров.Издание представляет интерес для культурологов, историков религий, философов и для всех читателей, интересующихся историей духовной культуры.

Фарид ад-Дин Аттар , Фаридаддин Аттар

Поэзия / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги