Читаем Шанс на счастье полностью

Слышу, как Демид матерится и выходит из кухни. Выдыхаю почти с облегчением. думая, что он внял моей просьбе и уходит. Прислушиваюсь, ожидая хлопок дверью, но он не раздается. Из комнаты доносится шум, и я, вздохнув, иду туда. Демид открыл кладовку, достал ящик с инструментами, кусок пленки и направился к окну.

– Веник с совком принеси и собери снег, – грубо кидает в мою сторону, даже не поворачивая головы. Я устала с ним спорить. Таким мужчинам, как он, легче уступить, тогда они быстро теряют интерес. Поэтому приношу веник и сметаю снег, вытираю всё насухо полотенцем. Смотрю, как он находит старый кусок линолеума, отрезает от него длинные тонкие полоски и с помощью их прибивает плёнку к оконной раме. Надеюсь, после этого он уйдёт. – Фанера есть? – надежда не оправдалась.

– Пара кусков в кладовке, внизу под полками. Должно хватить, – отвечаю, смирившись с его помощью, при этом чувствую себя обязанной ему. Тяжелое чувство, неприятное. Он почти не смотрит на меня. Оббивает дверь фанерой, а я стою рядом и подаю гвозди. – Мне интересно, ты вообще осознаешь, что этот топор в следующий раз может торчать из твоей головы?

– Они просто запугивают.

– Очнись, наконец, – зло произносит Демид. – Коллекторским конторам давно запрещено законом применять такие методы взыскания задолжностей.

– То, что написано на бумаге, и является законом, не всегда соблюдается в реальной жизни, и не всеми.

– Дело не только в этом. В таких агентствах часто работают бывшие зэки, и они с легкостью переступают через закон, а порой и сами загораются игрой, доводя дело до конца и убивая свою жертву. Могу рассказать пару историй, подкрепленных уголовными делами, если не веришь, – от его слов становиться не по себе.

– Ты сейчас специально меня пугаешь?

– Нет, всего лишь пытаюсь заставить посмотреть на всё происходящее с полной серьёзностью. Скорее всего, это уже не указание их руководства, а собственная инициатива, – неприятный холодок пробегает по спине. Мне на самом деле становится страшно, почти так же сильно, как тогда, в первые дни травли. Демид больше не говорит ни слова, занимается дверью, сохраняя молчание, а я незаметно вытираю об одежду вспотевшие ладони.

А что если деньги не поступят в ближайшие дни на счет? Внутренний голос вторит этим мыслям: скорее всего они не поступят. Праздничные дни. Как минимум до седьмого января не стоит ничего ждать. А если снова разобьют окно? Или выломают дверь? А если опять нападут в подъезде. А если вломятся в квартиру? Мысли роятся, как пчелы, и так же больно и неприятно жалят. Ладони от страха становятся холодными. Демид заканчивает, убирает инструмент и проходит на кухню.

– Знаешь, я ведь мог попробовать тебе помочь, – сухо произносит, пренебрежительно смотря в мою сторону. – Но, видимо, сделал неверные выводы на твой счёт, – он забирает со стола ключи от машины и направляется к двери. А я не выдерживаю…

– Демид, – хватаю его за руку.

– Что-то ещё? – он смотрит на меня сверху вниз, и я замолкаю. Слова в горле комом встали.

– Мне страшно, – произношу тихо. – Прости, что нагрубила… Ты помочь хотел, а я… теперь чувствую себя обязанной тебе и … не знаю, чем отблагодарить. Злюсь на себя, на свою ничтожность… – его взгляд хмурый, равнодушный, словно он просто ждёт, когда я отпущу его руку и дам уйти. Замолкаю и просто смотрю на него. Что ж, всё правильно, сама виновата. Разжимаю пальцы и делаю шаг назад, смиряясь с очевидным. – Спасибо за помощь! – Демид, не сводя с меня взгляда, качает головой, и я не могу понять, о чём он сейчас думает.

– Документы неси, если не надумала снова в гордость поиграть, – резко произносит, всё так же хмуро глядя мне в глаза

– Какие?

– По кредитам. Всё, что есть, – я открываю трюмо, вытаскиваю папку и протягиваю ему. – И вещи собирай. Живо, пока не передумал, – бросает мне, уже пролистывая документы.

– Что именно собирать?

– Всё, что может тебе понадобиться на ближайшие две недели. Пакет дай, топор упакую. Вдруг там отпечатки остались.

Я приношу Демиду большой пакет и беру дорожную сумку. Укладываю в неё одежду и необходимые мелочи, при этом слышу, как Титов с кем-то уже говорит по телефону. Я не знаю, о чём точно идет разговор, могу только догадываться по обрывочным фразам, что это касается моей ситуации.

«Да, Марат… Топор в двери, окно разбито… Те же мысли… В праздники даже такие конторы отдыхают. Тут явно либо не их рук дело, либо уже личная инициатива… Конечно, завезу… В течение часа… буду должен… Да, документы есть… Копии могу сделать… Договорились. Спасибо» Я взяла собранную сумку и прошла в коридор.

– Готова?

– Да, – я набросила пуховик. Демид подхватил мою сумку и пакет с топором.

– Ты кошку хотела покормить, – произнёс, закидывая всё в багажник.

– Да, тут магазин на углу. Я быстро.

– Беги уже, – он вытащил из пачки сигарету и чиркнул зажигалкой.

Когда я вернулась с кормом и двумя сосисками, Демида возле машины не было. Он был внизу, возле двери, ведущей в подвал, там, где обитала Бася.

– Вик, она тут по ходу уже не одна.

– Ещё одна кошка прибилась?