– Прости, – произносит с улыбкой на губах.

– За что?

– Разлеглась на тебе. Наверное, руку отлежала.

– Нет, всё нормально.

– Сколько времени? – поворачиваюсь в сторону тумбочки, на которой стоят часы.

– Двадцать минут пятого.

– Ничего себе. Давно я столько не спала.

– Признаться, я тоже.

– Мне домой надо.

– Зачем?

– Там Бася голодная. Вряд ли её вчера кто-то кормил.

– Тогда позавтракаем, и я тебя отвезу.

– Хорошо.

Мы выпиваем кофе, и начинаем собираться. Я накидываю рубашку, а Вика идёт в коридор обуваться.

– Зачем это? – произносит, заметив на своей сумочке деньги. – Демид? – она смотрит прямо, не отводя глаз, и я отвечаю ей тем же.

– За вчерашнюю ночь, – вот так, честно и без фальши. Ночь закончилась, и нам двоим пора возвращаться в реальность.

– Я была с тобой вчера не за деньги, – отвечает спокойным тоном, без тени эмоций.

– Вик, они тебе нужны, – она жмурится от этих слов, словно от боли.

– Не надо, – откладывает купюры в сторону. – Оставь мне хотя бы иллюзорную веру в то, что всё было искренне и по-настоящему, – вижу, как она изменилась в лице. Но, наверное, это и к лучшему…

– Я не хотел тебя обидеть.

– Ты не обидел.

***

Мы вышли из подъезда, а я так и не могла заставить себя вымолвить хоть слово. Нет, я не могла на него обижаться. Тут не на что затаивать обиды. Он просто указал мне моё место. Только я и так о нём не забываю. Я понимала, что эти часы, проведенные с ним, закончатся. Проснувшись, я уйду и вернусь домой, в свою жизнь, в свой личный ад. Но мне так хотелось сохранить в памяти эти минуты. Этот небольшой отрезок времени оставить для себя. Пусть даже не настоящий, но очень тёплый кусочек счастья. Идиотка! Когда я успела стать такой наивной? Мне даже на секунду забывать не стоит, кто я. Просто стоит сказать ему «спасибо» и попрощаться. Ведь этот Новый год был действительно праздничным для меня.

Только почему внутри что-то неприятно пульсирует, отдаваясь болью? Усмехаюсь горько и отворачиваюсь к окну. Надо просто как можно быстрее оказаться дома. Устроить уборку, заняться стиркой. Да неважно чем, главное, не думать об этой ночи. Она должна отложиться в голове, словно приятный сон, не имеющий ничего общего с реальностью.

– Приехали, – произнес Демид, остановив машину у моего дома.

– Спасибо, и за праздник, и за то, что подвез.

– Я провожу.

– Не надо.

– Не спорь, пошли, – выхожу из машины вслед за Демидом и иду к подъезду. Надеюсь, он проводит меня до двери и сразу уйдет. Но, видимо, вселенная сегодня была не на моей стороне. Ну, или ангел-хранитель взял отпуск из-за праздников, потому что, поднявшись на свой этаж, я замерла на лестничном пролете, увидев топор, торчащий из моей двери. Демид, выругавшись, обошёл меня и, подойдя к двери, вынул из кармана куртки перчатку и вытащил топор из дверного полотна.

– Открывай.

– Нет там никого, не переживай, – произношу, поворачивая ключ в замочной скважине и пропуская Демида вперёд. Он обходит всю квартиру, заглядывая по пути в каждый угол. Я скидываю пуховик и чувствую, что квартире непривычно прохладно. Прохожу в комнату.

– У тебя окно разбито, – Демид откидывает штору, показывая большую дыру в стекле. Весь подоконник был в снегу, и талая вода капала на пол, образовывая лужу. Я выдыхаю от понимания очередных проблем и желаю, чтобы он поскорее ушёл и не видел моей ничтожности.

– Спасибо, что проводил. Думаю, тебе пора.

– Ты с ума сошла? Дверь изрублена в щепки, в квартире дубак, а ты меня выпроваживаешь.

– Я сама справлюсь. Не трать своё время.

– Вика, не беси меня, – рыкнул Титов, следуя за мной на кухню.

– Демид, ничего не случилось такого, с чем я не справлюсь. Скорее всего, деньги не дошли вовремя из-за сокращенных дней в банках. Вот и пытаются запугать. Сейчас дверь заколочу листами фанеры, заклею окно пленкой, после праздников вызову стекольщиков, – пытаюсь говорить спокойно и отстраненно, не глядя на него. Вытаскиваю из пачки сигарету и, щёлкая зажигалкой, подкуриваю.

– И отдашь стекольщикам хренову кучу бабла.

– У меня есть выбор?

– А потом что? Снова не хватит на оплату кредитов, и ты выйдешь на улицу? Так? – его слова действуют на меня как хлыст. Так вот, что его волнует.

– Да! Выйду! – поворачиваюсь к нему лицом. – Потому что вот такая моя жизнь, без мишуры и прикрас. Ты ещё не понял? Хреновая, отвратительная, но другой у меня нет. И если прижмёт, выйду, и встану с остальными шл*хами. Отдамся за пару купюр. Пусть буду потом блевать в подворотне от омерзения, но сделаю это. Сделаю, потому что пока ещё верю, что это всё когда-нибудь закончится.

– Тебе это легче сделать, чем взять деньги от меня? – спрашивает, явно сдерживая злость. Смотрим друг на друга, и я не выдерживаю, отворачиваюсь. Делаю последнюю затяжку сигаретой и тушу её в пепельнице.

– Демид, ты и так мне помог в прошлый раз. Сейчас просто уйди… Прошу тебя… – не хочу объяснять, почему не взяла его денег. Почему хотела оставить воспоминание о произошедшем, чистым, незапятнанным. Ведь всё равно не поймёт.

Глава 11