Читаем Сезон воронов полностью

– Надо бы выяснить, ради кого на самом деле старается этот прохвост! – с сарказмом заметил Алан, который, судя по всему, не упустил ни слова из их разговора. – Интересно, чего он добивается на этот раз!

Девушка метнула в его сторону быстрый злой взгляд, но спустя мгновение ее внимание снова сосредоточилось на Дункане. По лицу последнего невозможно было понять, о чем он думает.

– Бредалбэйн надеется, что, если принц взойдет на трон, ему пожалуют герцогство! Он хочет умереть герцогом!

– Даже это не поможет этому олуху попасть в рай!

Воцарилось молчание. Дункан, в душе которого боролись противоречивые чувства, не мог отвести от девушки глаз. Кожа у нее была белая до прозрачности, фигурка – легкая и стройная. Нет, что ни говори, она совсем не такая красивая, как Элспет с ее округлыми формами и мягкой кожей, к которой так приятно прикасаться… Эта девушка, скорее, походила на клинок кинжала – дикая и мятежная, словно хищный зверь. Но тем сильнее хотелось укротить ее, приручить…

Подчинить своей воле… Вот чего ему вдруг до смерти захотелось! То была бы славная битва между мужчиной из Гленко и женщиной из Гленлайона! Какое бы это было удовольствие – накрыть ее тело своим телом, прижать ее острый язычок своим языком… «Я совсем спятил! Она же из Кэмпбеллов!» Их разделяло слишком многое – кровь, смерти, ненависть. Ему надо бы возненавидеть ее, причинить ей боль, позволить Алану надругаться над ней, унизить… Но Дункан знал, что не сможет. Хоть эта девчонка и унизила его, Дункана Колла Макдональда, когда он позволил ей изрыгать ругательства в свой адрес. Он до сих пор злился, вспоминая об этом.

Он отпустил ее руку, и девушка тут же принялась ее растирать. Чтобы женщине в одиночку перебраться через земли Аргайла, нужно было либо быть бесшабашно храброй, либо совершенно не понимать, насколько это опасно.

– Что же старик Бредалбэйн послал тебя выведать?

Пленница мотнула волосами, убирая их с глаз, и украдкой посмотрела на Дункана.

– Этого я тебе не скажу. Я ничем тебе не обязана, Макдональд!

– Да что ты? Если так, пускай Алан закончит свое дело!

Она отшатнулась и открыла рот, но из него не вылетело ни звука.

– Что нам теперь делать? – спросил Ранальд, которому уже надоело слушать.

Дункан посмотрел на своих товарищей, по-прежнему державших лошадей за поводья. Часовые так и не появились, а те выстрелы, видимо, не имели к ним никакого отношения. Пришла пора уходить.

– Сделаем так: вы поезжайте, а одну лошадь оставьте мне. Девчонку я прихвачу с собой.

Алан подошел к нему, криво усмехаясь. Они с Дунканом были одного роста, но Алан был более массивным.

– Так я и думал, – буркнул он и схватился за рукоять своего кинжала.

Дункан глазами проследил за движением товарища.

– Она поедет со мной, Алан, – заявил он без тени страха, в то же время не спуская глаз с руки, которая при этих словах дрогнула. – У тебя есть возражения?

Пальцы рыжеволосого великана снова дрогнули, сжимая рукоять.

– Может, и есть…

– Ты прольешь кровь Макдональда ради женщины из Кэмпбеллов?

Алан с минуту молчал, ища, что бы такое ответить. Не придумав ничего стоящего, он вернулся к лошадям, вскочил на спину ближайшей и, разразившись потоком брани, унесся в темноту.

Когда оба его спутника скрылись из виду, Дункан повернулся к пленнице. Та сидела на корточках возле ближайшего дерева.

– Снимай куртку!

Она вздрогнула и подняла на мужчину, нависшего над ней, испуганный взгляд. Было ясно, что она не верит собственным ушам. Как легко было бы воспользоваться ее слабостью прямо сейчас! Она одна и так далеко от Честхилла… Дункан прекрасно знал, чего хочет его тело, но сделал над собой усилие.

– З-з-зачем это? – запинаясь, спросила девушка.

Он помедлил с ответом. Наконец со вздохом сказал:

– Я не могу привезти тебя в лагерь в мундире sassannach.

Она посмотрела на свою красную куртку. Их окутала тягостная тишина. Звук их дыхания подхватил ветер, спустившийся со склонов Круаха, находившегося у них за спиной, и унес к кронам деревьев, шепчущим что-то в ночи. Взгляды молодых людей встретились.

– Как тебя зовут?

– Марион.

– Марион… – прошептал Дункан едва слышно. – Trobhad a Mhòrag[18], – сказал он мягко и протянул ей руку.

Он помог девушке взобраться на спину черной кобылки, сел у нее за спиной, тронул поводья и направил лошадь к лагерю. В густых зарослях утесника и вереска лошадь шла шагом, но скоро перешла на рысь. Из ярко освещенного кострами лагеря якобитов донеслось протяжное пение волынки, окутав их, словно они стали одним всадником, одним существом.