— Брось его… Нож брось, или открываем огонь!.. Отпусти ее! Отпусти ее и бросай нож!.. Голицына уберите отсюда!..

— Не подходите! Я ей башку отрежу! Отвечаю, отрежу!

— Да брось нож, дебил! Внимание всем! Огонь по моей команде… Бросай!.. Перед собой бросай! Пихни его ногой… Сюда!.. Отпусти женщину!.. На пол лег, быстро… Мордой вниз!.. Мордой вниз, сказали тебе… Замри! Давайте браслеты и этого, улыбчивого, пакуйте. А где Голицын?

Антона, бредущего без всякой цели, догнали, усадили в «ГАЗель», заставили выпить водки и отвезли домой. Потом разберутся.

В борьбе за каждый прожитый день Белка и не заметила, как превратилась в росомаху. Животное красивое, грациозное, но безумно хищное.

Когда пришло время взрослой, самостоятельной жизни, она, получая аттестат об окончании школы и направление в институт, вдруг неожиданно для себя узнала, что у нее есть мать. Будучи неизлечимой душевнобольной, она многие годы находилась в психбольнице. Первая их встреча была ужасной по неимоверно эмоциональному накалу со стороны Белки и полной апатии со стороны матери.

Бесконечно долгие месяцы потратили девушка и врачи психбольницы для того, чтобы мать наконец-то узнала и восприняла свою дочь. Белка терпеливо приходила в больницу, кормила, купала, расчесывала — в общем, как могла ухаживала за этим дорогим для ее сердца существом. И на третьем году этих титанических усилий произошло чудо. Начались минуты просветления. Хоть и ненадолго, но мать стала узнавать свою дочь и кое-что ей рассказывать. За несколько дней до своей смерти, а умерла она перед самым окончанием Белкой института, женщина поведала историю своей страшной болезни и сказала дочери, где спрятан ее дневник. Умерла она тихо, улыбаясь, прижимая руки Белки к своей груди. Заснула и спокойно ушла. Так уходят праведники и мученики.

Господи, Твоя воля.

Глава 21

Главный судмедэксперт города Александр Петрович Мухин был человеком веселым, добрым, отзывчивым. Он слыл хорошим товарищем, верным другом. С такими людьми, как он, ходили не только в разведку, но и выходили из окружения.

Работа не сделала его циником, и он продолжал радоваться дружескому застолью, красивым женщинам и дорогим старинным вещам. Все в этом человеке радовало глаз. И полная фигура, и широкая улыбка на открытом русском лице, и круглосуточная готовность прийти на помощь. Сегодня на работу ему позвонил его друг, директор мясокомбината Лазарь Исаевич Шмидт, и очень расстроил, сообщив о том, что в городе стали исчезать коллекционеры.

Работая в системе МВД, Мухин не мог не слышать об этом, но иначе как слухи все эти разговоры не воспринимал. Из милицейской практики он знал, что заявление об исчезновении человека принимают у членов семьи через три дня. И таких заявлений в милиции на сегодняшний день было пять. Всех исчезнувших коллекционеров Мухин знал, так как сам имел небольшую коллекцию старинных монет. Честно говоря, до разговора со Шмидтом он не придавал этим событиям большого значения. Препарируя и переваривая полученную информацию, Мухин расстроился окончательно. Дело в том, что все пропавшие были пожилыми людьми и загулять, в общепринятом смысле этого слова, вряд ли могли. Расспросив своих друзей-силовиков, Мухин выяснил, что прокуратурой создана следственно-оперативная группа, в состав которой входили и его знакомые, и она месяц уже топчется на месте.

Чтобы хоть как-то развеяться, Мухин заехал в апелляционный суд к своему другу, судье Старикову, и предложил расписать пулю по «маленькой». Компания подобралась быстро. Третьим согласился быть их общий приятель, судья Коровинский Сергей Германович. Игра задалась, настроение улучшилось, и Мухин, выиграв немного денег и выпив промышленное количество водки, поехал домой. По дороге его развезло, и он остановился. Напротив, в витрине свадебного салона, горела реклама, на все лады расхваливающая подвенечные и выпускные платья.

Союз Нерушимый Республик Свободных… Боже, как давно это было. Где он? Сплоченный, казалось, и вправду на века. Оказалось, что вечными могут быть только небеса, как праздничный торт всевышнего именинника, хаотично утыканный свечами своих, тоже невечных, звезд.

Середина восьмидесятых. Одна шестая часть суши держит в напряге весь земной шар. Частые смены дряхлеющих вождей оставляют всему миру слабую надежду на то, что они не только поднять, но даже открыть ядерный чемоданчик, в силу своего почтенного возраста и критического состояния здоровья, не смогут.