Читаем Сезон крови полностью

Она поворачивается ко мне спиной, смотрит через плечо и улыбается, встряхнув волосами. Она выглядит как модель из рекламы косметики. Как кинозвезда. Я боюсь и одновременно злюсь на себя за свое волнение. Мне нужно показать себя мужчиной – хотя я еще не мужчина. Нельзя же бояться женщины – полунагой красивой женщины, моей знакомой, которой я нравлюсь, и она хочет понравиться мне. Всего несколько месяцев назад мы с Бернардом прятались в лесу и с хихиканьем разглядывали припрятанные им порнографические журналы, не подозревая даже, что они были лишь первыми язычками пламени, что уже тогда придвигались все ближе.

Похоть и страх сливаются воедино, когда она накрывает груди ладонями.

И просит расстегнуть верх ее купальника. Я смеюсь. Все это не может происходить взаправду – но происходит. Она говорит всерьез. Она действительно не шутит. Не беспокойся, говорит она. Я хочу, чтобы ты мне помог.

Она продолжает подбадривать, и я трясущимися руками борюсь с пластиковым крючком.

Когда он наконец расстегивается, одновременно на меня накатывается волна возбуждения, а внутренности сжимаются от беспокойства. Лицо обдает жаром, его наверняка заливает краска. Я переживаю, что выгляжу как идиот, хотя одновременно ощущаю шевеление в шортах, которое яростно жмется к бедру.

Она придерживает верх купальника, и теперь только ее руки не позволяют ему упасть и открыть то, что прежде я успевал увидеть лишь мельком.

Она – самая пугающая и прекрасная женщина из всех, что мне доводилось видеть. В последние месяцы я так много раз гадал, может ли случиться нечто подобное, но теперь не знаю, как поступить. В подростковых фантазиях я – уверенный и умелый любовник, на деле же – перепуганный дурачок. Теперь все иначе, все взаправду, и я злюсь, что веду себя как ребенок и слабак. Я улыбаюсь и, понимая, что это неправильно, все равно пялюсь на ее кожу, такую гладкую, загорелую и теплую. Она знает, что я не свожу с нее глаз.