Читаем Сезон бойни полностью

Я знал, что им неприятно слышать мои слова. Сам факт, что я счел необходимым сказать об этом, доказывал мое превосходство, недоверие, неуважение и подразумевал, что они не в полной мере осознают ответственность работы. Однако они не знали, что слова эти предназначаются больше для ушей записывающего модуля в черном ящике, чем для их собственных. Но я не мог объяснить ничего. Только не здесь, во всяком случае. Может быть, позже.

Более мягким тоном я добавил: – Лично я предпочел бы последить за гнездом несколько месяцев, чтобы увидеть, как развиваются эти штуки внутри, однако мы лишены подобной роскоши. Всем вам известно, что на этот счет говорят действующие приказы: «Вы призваны уничтожать любое и каждое скопление вражеского заражения, которое являет собой экологическую опасность либо в данный момент, либо в будущем» – а это означает все хторранское. – Я процитировал вторую часть приказа: – «Все исследования хторранской экологии, любые эксперименты и наблюдения, могут быть осуществлены только там, где подобные действия не противоречат военным целям операции». В данном случае у нас есть возможность заняться исследованием. Так давайте выжмем из нее максимум. В будущем это может оказаться самым важным из того, что мы здесь сделаем. Вопросы есть?

Вопросов не было. Отлично.

– Рейли?

– Черви примерно на полпути вниз. Наш датчик следит за движением по туннелю, так что мы можем засечь их в любую минуту… Ага, вот и первый. У, черт. – Рейли расстроенно поцокал языком. – Вот дерьмо! Этот гад нашел датчик. – Одна из гастропод ухватила прибор челюстями. Мы смотрели прямо в хторранскую пасть, сплошь усеянную концентрическими кругами зубов, уходящими в глубь глотки чудовища.

– Такую картину не захочешь увидеть еще раз, – заметил Рейли.

– Эту картину ты вряд ли увидишь еще раз, – ответил я. – Нажми-ка на кнопку тазера. Может, он выплюнет прибор.

Рейли нажал на клавишу – изображение на экране мигнуло и потом неожиданно исчезло. Рейли проверил дисплей системного контроля и печально покачал головой.

– Датчик мертв, – доложил он. – Его раздавили.

– М-м, – задумавшись, протянул я. – Надеюсь, что червь разгрыз его от злости.

Честно говоря, не хотелось бы выяснить, что высоковольтный разряд хторране считают деликатесной приправой.

– Может быть, у слизней аналогичная реакция? – предположил Зигель по переговорной сети.

Я поправил наушник.

– А ну-ка повтори.

– Ну, те слизни, в гнезде. Если что-то помешало или потревожило – атакуй. Датчик причинил червю боль, и он его раскусил. Может быть, эти существа вообще не испытывают чувства страха. Или, по крайней мере, не так, как мы. Они не знают, что такое паника или бегство; все, на что они способны, – это кусаться.

– Гм. А вот это – интересная мысль. Хотелось бы только собрать побольше данных для подтверждения. Выдели ее в бортовом журнале, ладно? Она заслуживает более детального изучения.

– Непременно выделю.

Рейли показал на схему гнезда. Черви опять двигались вниз.

Они уже почти на дне.

– Вот сейчас мы разберемся, квартиранты это, домовладельцы или кто-то еще…

Изображение на дисплеях сменилось, показывая внутренность гнезда. Из устья туннеля вниз влажно выскользнул первый червь. При спуске с его меха слезла почти вся розовая корка за исключением лишь нескольких мазков, налипших на бока, и цвет полос был ярок и отчетлив. Червь пылал красной злобой. На боках выступили резко очерченные пятна; пронзительно-оранжевый цвет дисгармонировал с насыщенным фиолетовым и пурпурным. Червь выглядел разъяренным. Он ворвался в главную камеру гнезда воплощением яростного ужаса. Следом ввалился второй червь, раскрашенный в те же цвета насилия. Последняя гастропода – самая маленькая – имела не столь яркие полосы, но комбинация цветов была точно такой же.

– Не очень добродушная группа туристов, а? – заметил Рейли.

Прежде чем я успел ответить…

Существует ряд способов защищать дома и другие сооружения от ядовитых жигалок. Обычные оконные сетки недостаточно мелки, чтобы задержать хищников размером с москита.

Простейший способ – занавесить все двери и окна пропитанными репеллентом занавесками, позаботившись замазать все щели и незащищенные края быстро затвердевающим поролоном. Повешенные в несколько слоев, перекрывающиеся противомоскитные занавески позволят человеку входить и выходить из помещения, не впуская внутрь жигалок.

Более изощренная защита включает в себя покрытие всего строения полимерным аэрозолем, создающим непреодолимую преграду для хищных насекомых. Но такой способ непрактичен в местах с высокой влажностью, частыми дождями, снегопадами и ветрами, если аэрозольный слой постоянно не возобновляется.

Внутри более крупных сооружений, таких как административные здания, ангары, фабрики, склады и подземные убежища, необходимо поддерживать небольшое избыточное Давление. Поскольку ток воздуха постоянно будет направлен наружу, любая открытая дверь окажется для жигалок непреодолимым препятствием.