Читаем Североморье (СИ) полностью

      Надо, надо показать, что мы....достойны. "Ваше Высочество, - мой голос, раздавшийся неуместно хрипло, болью отозвался в висках - но отступать было некуда. "Для нас большая честь служить и оберегать юную виконтессу Флоренцию. Моим учителем был барон Витольд Корд, лучший из учителей на свете. Моей подругой - Инель Кларк, занимался граф Веллинг, - сказав это, почувствовала незримую поддержку - плечо Инель подперло мое. "Расскажите о шпионе. Королева знает, Фло тоже, даже Виола в курсе..." Пихнув плечом Кларк, я милостиво выдвинула ее вперед. Она молодец, оттарабанила, как урок, за милую душу. Барон, стоящий где-то сбоку и сзади, с насмешкой спросил: "И вы всерьез полагаете, что вам можно доверить безопасность юных леди?". "Барон Корд, мы все время, постоянно рядом с виконтессой, и всегда начеку". "Ладно, идите, мне надо подумать". С упавшим сердцем, где-то возле лопаток, мы вышли в просторный зал. Меня окликнул барон - экзекуция, следовательно, не закончилась. Тихонько мотнув головой в сторону музыкальной гостиной, где все еще слышалась музыка и пение, я повернулась к барону; Инель неслышно свалила. "Сударыня Ховард, мне не нравится, что за безопасность Флоренции отвечают, такие особы, как вы". Ну, я тут и выдала: "Простите, конечно, барон Корд, но эти вопросы, кажется, находятся, не в вашей компетенции. Не вам решать". Его глаза полыхнули огнем. С трудом, но я смогла не отшатнуться. "Вы не боитесь меня?" "И что же вы хотите услышать в ответ? Нет, не боюсь - прозвучит глупо. А боюсь - будет стыдно". "Уходите, Ховард, идите же". Я заставила себя присесть перед ним в реверансе, таковы правила этикета, я помнила. Посмотрев на него, поняла, что он злой, как сто чертей. Лишь дойдя до гостиной, сообразила, что злился барон не на меня; это было непонятно, но действительно, злости к себе я не почувствовала. Тогда на кого или на что? На себя или на ситуацию в целом?.....

      Примерно через неделю произошла история, попортившая мне и подруге много нервов, и немного крови. Из кухни, с черного входа мы как-то нашли винтовую лестницу наверх, ведущую в мансарду, а следом на крышу. С завидной регулярностью мы стали выбираться на воздух, и наслаждались, глядя на звезды. В один из таких дивных вечеров какой-то особенно рачительный стражник закрыл дверь с черного входа. Мы вновь выбрались на крышу, обмозговать сложившуюся ситуацию. Кого-то будить, чтобы нам открыли, как-то совсем не хотелось. Да и выслушивать потом тоже. Заночевать прямо здесь - казалось немного жутковато, особенно если учесть, во что мы были одеты. На ночные сорочки были накинуты плащи. Глупо и безответственно, в наши мозги пробралась таки эта мысль, но что теперь делать? Соблюдая осторожность, я приблизилась к краю крыши. Увидела внизу выступ, а рядом статуя Афродиты подпирала балконную балку....

      Может, мы сумеем добраться? Инель проследила взглядом за моими жестами, покрутила пальцем у виска, и, тяжело вздохнув, бормоча: "Чокнутая на всю голову", осторожно присела рядом. Вцепившись руками в край настила на крыше, я, молясь вперемежку с чертыханьем, стала сползать вниз. Повиснув на руках, я с ужасом поняла, что выступа еще нет! Но он же был. Напряженное белое лицо подруги, контрастом выделяющееся на черном фоне, сил мне не прибавляло. Но этот выступ был там, я его видела!!! И отпустила руки. И почувствовала его, родимого. Настала очередь Инель. Дальше обхватив статую рукой, через нее я, слава Богу, перелезла на решетку балкона. А с балкона разросся плющ почти до земли, это мы уже помнили точно.

      Но не суждено нам было спокойно по растению съехать вниз, и через неприметную служебную дверь попасть внутрь. Потому что в чуть освещенном окне я увидела барона, сидящего в кресле в расслабленной позе, с бокалом в одной руке и книжкой в другой. На нем были брюки от фрака и белая рубаха с вышитой монограммой..... Увидев его, я замерла, разглядывая лицо. Он не смотрел в книжку, его взор был устремлен в никуда. На его лице так отчетливо читались мука и отчаяние, что я замерла. Острым локтем в бок, что я охнула, меня отвлекла Инель. "Оторвись от своего красавца, и глянь на другое". Открыв рот, дабы возмутиться, этот рот оказался зажат, а я силой сдернута с места. "Я стала спускаться по плющу, и этажом ниже, в окне увидела девицу...." "И что? Что с этой девицей?" "Не знаю. Хотела у тебя спросить, а ты тут как вкопанная застряла....". Инель перелезла через балкон, я за ней. Тихо скользя по растению, она залезла на широкий выступ окна, и прижалась к стене. Я последовала за ней.