Читаем Североморье (СИ) полностью

      А через неделю после этой истории вся свита выехала на озеро. Была потрясающая погода, и виконтесса Флоренция, окруженная щебечущими девицами, стала спускаться к воде. Одна из девушек заметила, что вода в озере словно парное молоко. Поднялся визг, стали задираться шифоновые юбки и муслиновые платья и во все стороны полетели брызги. Стражники отдалились на очень почтительное расстояние и вынуждены были немного смотреть в сторону, дабы соблюсти приличия. Прогуливаясь невдалеке от Флоренции, Инель обратила внимание на некоего неожиданного джентльмена, вдруг затесавшегося в одну компанию с фрейлинами. Просигналив мне, она направилась было к нему, но была мной остановлена. Я тихонько прошептала, что хочу немного выждать и понаблюдать...Незаметно, а это было действительно так, он что-то вытащил из кармана. Не наблюдай мы за ним с такой тщательностью, это ускользнуло бы от нас, наверняка. С тем, что он держал в руке, он начал пробираться в толпе девушек, к виконтессе. Вот здесь медлить было уже нельзя. Разделившись, Инель занялась Флоренцией, а я заблокировала к ней доступ. Он вежливо попытался обойти, не получилось; тогда резко, как ему показалось, он решил толкнуть меня - поймав его руку, я применила болевой прием, в результате он свалился мешком под ноги взвизгнувших, причем всех одновременно, девиц. В руке оказался едко пахнущий порошок, от которого слезились глаза. Избавиться от него ему не удалось - его руки крепко держали. Лазутчик Северного королевства был допрошен - скандал дипломатически замяли, сказав, что плохой мир лучше доброй ссоры...

      После поимки шпиона из Северного Королевства на нас благоговейно взирали несколько дней. По личному приказу виконтессы наши спальные места переместились в соседнюю от нее комнату. Через небольшой промежуток времени я решилась навестить старого барона, с тайной надеждой, что не застану его сына. При этом мы решили, что съезжу я одна, а Инель тихо останется за нас обеих.... Переодевшись в форму - штаны, высокие сапоги, белая блуза и легкий плащ, ввиду теплой погоды, я поехала. Барона в особняке не оказалось, он был на приеме у министра; прождав его более часа в гостиной, мне сообщили, что подъехала карета сына барона. Мысленно чертыхнувшись, я поняла, что меня сейчас выкинут, как шавку, не утруждая объяснениями. По тому, как стремительно раздались его шаги, ему обо мне доложили. Я поднялась на ноги, дрожа как осиновый лист. Ну, чего я трясусь? Что он мне может сделать? Надо успокоиться...

   Но в моем варианте это были лишь слова. Распахнулись двери. Он будто стал еще выше и мощнее. Мрачно, в упор глядя на меня, он шел, остановившись лишь на расстоянии вытянутой руки. Я честно старалась взять себя в руки. "Что вам угодно, сударыня?". "Прошу вас, сэр, позвольте встретиться с вашим отцом..... Просто рассказать о моей службе, о жизни...." "Вы можете написать ему записку, ему передадут. Здесь вы оставаться не можете. Надеюсь, вопросов нет?". "Нет. Позвольте тогда бумагу и чернила". Что можно написать в записке, под неусыпным взором молодого барона?.... Рассказать бы ему обо всем, и ехать к месту службы. Я ограничилась заверениями, что у меня все прекрасно, желала долгих лет ему жизни и крепкого здоровья. А меня уже торопили; у барона Джона Корда возникли важные, неотложные дела, решить которые он мог только с моим исчезновением. Передав ему записку, с застрявшим в груди воплем окаменела: он выбросил ее в корзину для мусора! И только в этот момент дрожь, до этого сотрясавшая меня, прошла. Исчез страх. На его место пришла боль, тупая и ноющая. В упор глядя на барона, вдруг стало все равно: что он думает обо мне, как относиться, почему так ненавидит.... Обойдя его, я твердо знала одно: я увижусь с Витольдом Кордом и все ему расскажу. И, будь что будет. Резко оглянувшись, доли секунды видела побледневшее лицо и странный взгляд; затем перед моими глазами появилась его спина, и жесткий, металлический голос возвестил: "Вы свободны".