Читаем Сестры полностью

Самира нахмурилась. Ни фига себе, что за дебильный вопрос? Нет, в самом деле. Сортов вина? Она не пьет вино! Только крепкий алкоголь и кофе. Чэн опять потеребила пирсинг на губе. Да кто они такие, члены этого клуба? Адепты интеллектуальной мастурбации? Библиотечные крысы?

Она отломила еще кусочек шоколада. Ужасно захотелось выкурить сигарету.

Какой пожиратель бумаги носит имя одного из сортов вин?

Да ну их всех к черту!

* * *

– Реми, как вы это объясните? – сказал Сервас.

Мандель прикусил губу, как мальчишка, которого уличили в провинности. Мартен встретился с ним взглядом. На него глянули глаза затравленного оленя, за которым несется свора собак, и глаза эти отчаянно бегали в потемневших орбитах, пока мозг лихорадочно искал выход.

– Эрик Ланг говорит, что у него украли рукопись… Это вы похитили рукопись у Ланга, Реми?

Великан быстро замотал головой, но рта так и не открыл.

– Тогда каким образом она оказалась здесь?

– …подарок…

Он говорил так тихо, что Сервасу послышалось «родарок».

– Что?

– Мне… подарили…

– Кто подарил?

– Эрик… господин… Ланг…

Сервас выдержал долгую паузу, потом спросил:

– В самом деле? Тогда почему он говорит, что ее украли?

Реми Мандель пожал плечами и скорчил почти комическую гримасу.

– Не знаю…

– Почему Эрик Ланг подарил вам к тому же неоконченную рукопись, Реми?

– …верность…

Еще одно слово, которое невозможно было разобрать.

– Что?

– Чтобы отблагодарить меня за верность, – постарался четко проговорить великан, нервно сглатывая слюну. – Я его… м-м-м… самый давний фанат.

– Но этот текст был у него в работе.

– У него… у него были… запасные экземпляры… Это всего лишь… один из оттисков…

– А по какому случаю он сделал вам подарок, Реми?

Великан безмолвствовал. У него явно не было ответа на этот вопрос. Сервас осмотрел первую страницу, ту самую, на которой было напечатано «Глава 1».

– На ней нет даже никакого посвящения, – заметил он.

Ответом было очередное пожимание плечами.

– А знаете, что я думаю? Я думаю, что вы ее все-таки украли, Реми. В ту ночь, когда проникли в дом Лангов. В ту ночь, когда ударили сначала Ланга, а потом его жену в виварии. Зачем вы выпустили на волю змей, Реми?

Мандель бросил на него полный ужаса взгляд.

– Подарок! Подарок!

Великан все больше и больше приходил в возбуждение.

– Спокойно, Реми, спокойно, – сказал Сервас, уже подумывая, что на задержание надо было отправляться другим составом.

Он взглянул на Эсперандье, у которого на лице читалась та же мысль. В такой тесноте, если Мандель на них набросится, придется драться, пока они его не скрутят. Сервас сделал шаг и встал между дверью и фанатом, на случай если тот попытается удрать. По огромному телу Манделя прошла дрожь, а выражение его лица становилось все более и более тревожным.

– Спокойно, Реми, – тихо повторил Сервас. – Вы поедете с нами в отдел полиции, договорились? Мы должны задать вам несколько вопросов.

Его потрясло, как неожиданно изменилась физиономия гиганта. С нее разом слетела вся тревога, и он стал покорным и каким-то погасшим, словно силы совсем покинули его. Сейчас Мандель напоминал спортсмена, измотанного последним рывком. Он закрыл глаза, вздохнул и покачал головой.

Мартен не спеша достал наручники.

– Реми Мандель, начиная с одиннадцати часов трех минут сегодняшнего дня, четверга, восьмого февраля, вы задержаны.

* * *

– Реми Мандель, вы задержаны на двадцать четыре часа, начиная с восьмого февраля. Ваше содержание под стражей может быть продлено, – снова объяснял Сервас уже в кабинете службы судебной полиции. – Вы имеете право вызвать врача, право сообщить родственникам, запросить присутствие адвоката, – прибавил он, вскользь пройдясь по этой части условий содержания. – Этот допрос записывается на видеокамеру, которую вы можете видеть вон там. Вам могут предоставить еду и питье. Вы хорошо себя чувствуете? Вам нужен врач? Не хотите ли пить? Нет ли у вас аллергии на продукты питания?

За несколько минут до этого Сервас по телефону проинформировал прокуратуру. Он намеренно сделал так, чтобы самый важный вопрос – требует или нет задержанный присутствия адвоката – остался в тени, погребенный под грудой другой информации. Но Реми Мандель, похоже, был не в себе и плохо соображал.

– Вы поняли меня? – настаивал Мартен.

Гигант кивнул.

– Вам что-нибудь нужно?

Он отрицательно помотал головой. Сервас вздохнул. В этот момент в кабинет ворвалась Самира.

– Патрон, у вас есть пара минут?

Он взглянул на часы.

– Две минуты, но не более. Время задержания пошло.

Мартен вызвал Эсперандье и попросил его внимательно приглядывать за Манделем. Ему уже приходилось видеть, как задержанные выпрыгивали из окна, даже если допрос шел на третьем этаже.

– У меня возник вопрос, на который я ответить не могу, – сказала Самира, указывая на экран своего компьютера.

– Что за вопрос?

– Какой пожиратель бумаги носит имя одного из сортов вин?

– Что?

Она повторила вопрос. Капитан удивленно воззрился на нее.