Читаем Сестра солнца полностью

– Шучу, Сесили, шучу. Конечно, можете плавать в озере, сколько вашей душе угодно. В нем вода такая замечательно прохладная. Я сам каждое утро в обязательном порядке окунаюсь в озеро по нескольку раз. В любом случае, я говорю вам: добро пожаловать в Кению. Честно признаюсь, ваш приезд изрядно удивил меня. Требуется немалое мужество, особенно когда речь идет о представительнице слабого пола, чтобы отважиться на такое путешествие.

– Постараюсь обжиться в здешних краях, потому что пока не планирую скорое возвращение домой.

– И вы абсолютно правы, потому как нужно время, чтобы привыкнуть к здешним реалиям. Здесь ведь все иначе, чем в Нью-Йорке, можно сказать, совсем другая планета. Но, коль скоро вы приехали в Кению, вы должны понять и полюбить ее. И забудьте начисто про ту Сесили, которая обитала на Манхэттене, со всеми ее надуманными и навязанными извне предрассудками и фобиями. Получайте наслаждение от каждой секунды, прожитой на этой земле.

– Постараюсь последовать вашему совету, но пока я ужасно хочу спать. – Сесили с трудом подавила еще один зевок. – Кики предложила мне попробовать вот это. – Она указала жестом на самовар. – Сказала, что это придаст мне бодрости и поможет отогнать сон, но я не решилась. Честно сказать, я даже не знаю, что это за порошок.

– Это, моя дорогая Сесили, – Тарквин наклонился к ней поближе, – в высшей степени порочное и к тому же запретное вещество под названием кокаин.

– Кокаин! Не может быть! То есть я, разумеется, слышала о нем, но никогда не видела его своими глазами. Ведь это же противозаконно! Полицейские могут явиться сюда в любую минуту и арестовать Кики, разве не так?

– Моя дорогая девочка! Мы здесь и есть те самые полицейские! – Тарквин издал короткий смешок. – Со временем вы поймете, что в Долине Счастья возможно все, – добавил Тарквин, пока они вместе с Сесили наблюдали за тем, как Кики делает еще одну затяжку зелья из самовара.

– А вы сами когда-нибудь пробовали? – спросила у него Сесили.

– Как известно, джентльмен не должен лгать, а потому я покривил бы душой, если бы сказал «нет». Пробовал однажды, совершенно невероятные ощущения, но категорически не рекомендовал бы молоденьким леди, таким, как вы, приобщаться к этому делу. Полагаю, вы знаете не хуже меня, сколь тяжелыми выдались последние годы в жизни вашей крестной матери. Как говорят в таких случаях, сгодится все, что поможет пережить долгую ночь. Ни вы, ни я тем более не вправе судить ее за это.

– Нет, конечно, я не сужу. Но не хочу, чтобы она заболела через это или подхватила что-нибудь еще.

– Я понимаю, что вы имеете в виду, Сесили, но, как я уже говорил, обычные правила и установки не распространяются ни на Кики, ни на Кению. Помните об этом все время, вот вам мой самый главный совет.

Спустя пару минут Тарквин отошел от нее, вероятно, намереваясь побеседовать кое с кем из гостей о вещах гораздо более интересных. А Сесили была довольна тем, что могла просто сидеть и наблюдать за гостями, время от времени ее знакомили с кем-нибудь из очередных, преимущественно пожилых приятелей и приятельниц Кики. Между гостями сновал Алееки в сопровождении толпы слуг, они постоянно подливали собравшимся выпивку, разносили круглые подносы со всевозможными канапе. И тут до Сесили дошло, что у нее с самого утра крошки во рту не было, а потому она взяла для пробы яйцо, приготовленное с какими-то пряностями и специями, осторожно откусила небольшой кусочек и, к своему удивлению, тотчас же почувствовала знакомый домашний вкус. Сказать по правде, она предполагала, что гостей будут потчевать по меньшей мере антилопой, зажаренной на вертеле над огнем костра, но вместо экзотики гостям подавали чисто американские деликатесы. Перепробовав по паре штук всех канапе, попавшихся под руку, Сесили увидела, как ней приблизился Алееки и, склонившись, прошептал на ухо:

– Хотите, мемсахиб, я приготовлю вам сэндвич? А еще на кухне есть суп.

– О, спасибо, но не надо. Мне вполне хватило канапе. Они просто божественно вкусны, – ответила Сесили, тронутая заботой Алееки, от которого, судя по всему, не укрылся ее зверский аппетит.

– Грустите в одиночестве, дорогая, уже напрочь забытая своей крестной матерью?

Рядом с ней присела Алиса, та самая дама в небесно-голубом платье, прибывшая на вечеринку в сопровождении Тарквина.

– Однако не обижайтесь на нее. Думаю, к окончанию гулянки она забудет не только о вас, но и как ее зовут, – хрипло хохотнула Алиса. – По-моему, я однажды встречалась с вашей матушкой в Нью-Йорке. Она живет в таком красивом особняке, окруженном со всех сторон небоскребами. На Пятой Авеню, кажется?

– Да. Она… мы там живем, – ответила Сесили, взглянув Алисе в глаза. Красивые глаза, но какие-то стеклянные. – Я… то есть, я хочу спросить, а вы живете неподалеку? – добавила Сесили, запинаясь, мучительно ища тему для продолжения разговора.