Читаем Сестра ночи полностью

– Именно. Помните о битве у замка Гвиннион? – Он посмотрел на своих рыцарей, некоторые из которых яро закивали. – Мы перебили несчетное множество демонов и саксов, а остальных повергли в бегство.

Моргана просияла:

– Это было самое захватывающее время в моей жизни.

– В моей тоже, – подхватил король. Если он и замечал, что Гвиневра рядом с ним застыла, то просто это игнорировал. В течение следующих нескольких часов я слушала, как рыцари расписывали свои прошлые подвиги. Гвиневре следовало отдать должное, она постоянно улыбалась, как и я, слушала рассказы и смеялась, когда они звучали чересчур абсурдно или когда мужчины дразнили друг друга. Однако любой, кто присмотрелся повнимательнее, увидел бы грусть в ее глазах. Эти мужчины за столом и Моргана были сложившейся группой. Они прогнали из Британии саксов и ютов, сражались в бесчисленных битвах и охраняли мир в стране. Они – герои, ставшие легендами. Их истории пройдут сквозь время. Им предстояло лишь запереть демонов на Керисе, и после этого никто уже не усомнится в могуществе Артура. Но Гвиневра навсегда останется посторонней, потому что ни Артур, ни Моргана не допустят, чтобы она стала частью их круга. Мир запомнит ее лишь как неверную королеву. Это так несправедливо. Больше всего мне хотелось высказать свое мнение в лицо этому невежественному королю. Все, что случится с ним в будущем, он заслужил. Пока у нее еще была возможность уйти, не потеряв лицо, Гвиневра встала. Она наклонилась к Артуру, который просто похлопал ее по руке, даже не взглянув на жену, когда та поднялась.

Ланселот хотел последовать за ней, но его задержала Моргана:

– Расскажите леди Вианне о своем сражении с той демоницей, как там ее звали?

– Принцесса Элидия, – выдавил из себя Ланселот.

– Она вскружила ему голову, – поддела его Моргана. – А в своей демонической форме оказалась драконом. – Ее полные губы скривились от отвращения. – Он заметил это, только когда дрался с ней и ранил. Из последних сил та еле перевоплотилась.

– Что с ней стало? – тихо спросила его я.

– Умерла, бедняжка, – ответил он. – Бессмысленная смерть. Но в какой смерти есть смысл?

– Вот только не строй такое лицо, Ланс, – велел Артур. – Люди чествовали тебя как героя. Не каждый из нас может похвастаться битвой с драконом.

Мой взгляд метнулся к Аарванду, который крутил вино в своем бокале. Он ничем не выдавал своих эмоций.

– И слава богу, что скоро никому это и не понадобится, – заявила Моргана. – Как только мы запрем их на Керисе, все закончится. Придется нам искать себе новые приключения, любимый мой брат, – поддразнила она Артура. Моргана погладила Аарванда по плечу и вниз по руке. – За последние годы вы столько путешествовали, – промурлыкала она. – Наверняка вам подвернулись одно или два. Скажите, за что еще стоит сражаться?

– Я считаю, что стоит больше стремиться к миру, а не к войне, – ответил он дружелюбно, но твердо.

Моргана скрыла очевидный укол смехом.

– Говорит человек, который и на пару дней не задерживается на одном месте.

– Это изменится, когда воцарится мир. Я где-то осяду, женюсь на какой-нибудь женщине и заведу с ней детей.

Моргана лишь снисходительно улыбнулась.

– Какая расточительность. Такой мужчина, как вы, рожден не для одной-единственной женщины, и это всем здесь известно. – Она приподняла брови, и рыцари захохотали.

Даже сам Аарванд усмехнулся и ответил ей с улыбкой:

– Эти истории сильно преувеличены.

– Разумеется, брат. – Рыцарь Гавейн хлопнул его по спине. – Как и истории про каждого из нас.

Когда мужчины начали пытаться перещеголять друг друга рассказами о своих победах, я тоже решила уйти. Я действительно не обязана это слушать. Попрощавшись, я быстрым шагом покинула зал, пока никто не успел меня задержать. Так как желания опять торчать в одиночестве в своей комнате у меня не было, я отправилась в покои королевы. На мой стук дверь открыла Изольда.

– Как она? – спросила я и протиснулась внутрь, пока камеристка меня не прогнала.

Девушка нервно разгладила юбку.

– Плачет, но такое происходит почти каждый вечер.

– Я могу попробовать поднять ей настроение, – предложила я.

– Было бы замечательно. Она прячет свою печаль и дает ей волю только в своих покоях. Никому не дозволено видеть ее такой, но вы… вы ей очень нравитесь.

– Она мне тоже нравится. Принесешь нам чего-нибудь сладкого с кухни и немного вина?

Изольда усердно закивала и унеслась прочь. А я сделала глубокий вдох и вошла в спальню Гвиневры.

Она сидела перед зеркалом и расчесывала волосы. На щеках блестели дорожки от слез.

– Случаются дни, когда это сложнее выносить, чем обычно. Хотела бы я быть сильнее, – негромко сказала она.

– Ты самая сильная женщина, которую я знаю. Я бы ни дня не вытерпела с этими мужчинами. Они тщеславны и самодовольны.

Она улыбнулась:

– Порой ты говоришь такие вещи, что я задаюсь вопросом, откуда ты и кто тебя ко мне послал.

– Богини, полагаю. Арианрод переплела наши судьбы. – Это странно, учитывая, как мы с богиней расстались в последний раз. Надо было просто отдать ей Аарванда.

Гвиневра отложила щетку в сторону.