Читаем Сестра ночи полностью

– На Авалоне меня обучали феи Вивианы, глупенькая. Конечно же, я узнаю демона – и тем более такого, который так плохо контролирует свои чувства, как он. – Она негромко рассмеялась и вдруг показалась мне намного мудрее, чем я сама. – Вот бы ты была там со мной. Мы бы довели жриц до белого каления. – В словах слышалась тоска. – Я бы с удовольствием осталась там и лучше бы прошла посвящение. Но Мерлин… – Из ее уст имя прозвучало с ненавистью. – … и Вивиана имели на меня собственные планы. – Прикрыв глаза, Гвиневра глубоко вдохнула воздух, просачивающийся в спальню через узкие окна. – Чувствуешь запах весны? Это мое любимое время года. Для многих, кто отправится на битву, эта весна будет последней. Мне не верится, что демоны просто уйдут в изгнание. Я надеюсь и молюсь, чтобы Ланселот вернулся невредимым.

– Расскажи мне о вашей второй встрече, – попросила ее я.

Гвиневра улыбнулась своему воспоминанию.

– Мы не виделись два года. Когда встретились впервые, он не знал моего имени. Мы только поцеловались. Для меня этот поцелуй стал первым, а Ланселот, разумеется, был гораздо опытнее. Я считала, что он забыл меня. Пусть я любила Авалон, но всегда ощущала себя там немного одиноко, а потом он вернулся. На два года старше и еще красивее, чем остался в моей памяти. Я думала, он искал меня и нашел. Думала, он попросит моей руки.

– Но он этого не сделал. – Я позволила ей продолжать, хотя знала эту историю. Она отчасти напоминала нас с Эзрой. Когда возвращалась в Броселианд, я тоже надеялась на наше совместное будущее.

Она покачала головой:

– Нет, не сделал. Он и сэр Кей пришли по поручению короля, чтобы от его имени просить моей руки. Когда они мне это сообщили, я в слезах выбежала из хижины. – Королева кривовато усмехнулась. – Определенно не мой звездный час.

Я погладила ее по руке.

– Мужчина, которого я любила с пятнадцати лет, женился на другой женщине. Я вызвала шторм и затопила лес. Тоже не лучший вариант.

Она рассмеялась:

– Вот бы мне тоже такие силы.

– Что случилось потом?

– У меня не было выбора. Ланселот и Кей увезли меня с собой. По дороге нас остановил король Мелеагант. Любой ребенок в королевстве знает историю об испорченной королеве. – Ее пальцы стиснули покрывало. – Мелеагант правил Сомерсетом и вызвал Кея на поединок. Я всегда подозревала, что Кей проиграл намеренно. Он был против заключения этого брака. После боя люди Мелеаганта набросились на Ланселота и так долго его избивали, пока я не подумала, что он мертв. А затем увезли меня в крепость короля в Гластонбери.

– Ты не обязана рассказывать дальше, – прервала ее я.

– Рассказать об этом не так страшно, как пережить. – Ее взгляд устремился в необозримую даль. – Мелеагант взял меня силой. По сути, после этого я стала непригодна как королева. Когда Ланселот освободил меня, я хотела лишь умереть. Но он не позволил. Он выходил меня, а затем привез в Камелот. Артур все равно взял меня в жены, но я не могу родить ребенка. Поэтому не играет роли, делит он со мной ложе или нет. Это мое наказание за то, что не люблю короля так, как должна. Он женился на мне, несмотря на то что я была обесчещена. Вероятно, даже именно по этой причине. Артур не желает передавать свое демоническое наследие. Ненавидит его. Он любит Моргану, но даже от нее он не хотел ребенка. Поэтому Мордреду запрещено жить здесь, при дворе. Хотя бы от этого я избавлена.

Сейчас слезы уже ручьями текли по ее щекам. Я поставила свое вино и поднос на пол, обняла ее и обругала себя за то, что завела тему, которая подвела к этой истории.

– Ты не испорчена и не была такой, – шептала я, гладя ее по волосам. – Ты не виновата в том, что с тобой произошло. Виноват только совершивший это мужчина. Не давай этому сломить себя.

– Иногда я так устаю. Я еще так молода, но больше всего мне хочется лечь в эту постель и больше с нее не вставать. Несколько украденных минут в день с Ланселотом – вот и все, что у меня есть. Но когда они уйдут на войну, я не увижу его много месяцев. – Ее рыдания превратились во всхлипывания.

У меня разрывалось сердце. Эта молодая женщина заслужила куда больше, чем ей позволяли иметь мужчины ее времени. Я не хотела утешать ее пустыми фразами. Не могла заверить ее, что все будет хорошо. Могла лишь поддерживать ее в эти два-три дня, что пробуду здесь.

В какой-то момент поток слез прекратился, и мы легли на кровать.

– Расскажи мне про мужчину, которого ты любила. – Гвиневра с любопытством взглянула на меня.

– Он мертв, – ответила я. – Пал в битве не так давно. Он пытался защитить меня и был так сильно ранен, что умер у меня на руках, – исказила правду я.

– Значит, он тоже тебя любил? – Она повернулась на бок.

– Да, любил. Но как у Ланселота, так и у него имелись вещи важнее меня.

Королева вздохнула:

– Как ты считаешь, однажды настанет время, когда все изменится? Время, в котором только чувства будут решать, быть ли двоим вместе или нет? Независимо от того, какой у них статус или обязательства?

– Да, – ответила я, надеясь так ее утешить. – Я в это верю. Когда-нибудь люди, которые принадлежат друг другу, смогут быть вместе.