Читаем Сестра Морфея полностью

— Ну, вот дети, ваши пожелания, наконец, то сбылись. Вы давно нас с директором одолевали открыть секцию настольного тенниса в детском доме. У нас были проблемы, тренера приходили, но они откровенно признавались, что с настольным теннисом плохо знакомы. Не хотелось вам вместо опытного тренера, подсовывать кота в мешке. А после посещения краеведческого музея Владимира Ивановича осенило, когда он увидал там портрет Сергея Сергеевича, — показала она ладонью на Винта. — Это очень, прекрасный тренер, он является основателем настольного тенниса в нашем городе. Множество его воспитанников уже работают тренерами, не только в нашем регионе, но и по городам России. Он создавал такие команды, которые громили в Пекине китайцев. Будем надеяться, что с таким тренером и вам в скором будущем придётся помериться силами с китайцами.

После этих слов у Платона, поплыли круги перед глазами. Ноги обмякли, и он чуть не упал со сцены, но выручила спинка стула, на которую он опёрся. В ушах на мгновенье, что — то перемкнуло, и голос её пропал.

«Да что же это такое, неужели все Людмилы похожи на Людку — Мутовку? — терзался от набежавшего конфуза. — Зачем так нагло врать детям? Китайцы непобедимы! И это известно всем кто хоть чуточку интересуется спортом».

Очнулся он, когда она села на стул, на который он опирался. Платон думал, что это бред уже окончен, но тут с места встала Людмила Ивановна и, повернувшись к залу, сказала:

— Вам детки очень повезло. У вас тренер будет не абы кто! Это легенда Советского и Российского спорта! Он Чемпион мира и Европы в прошлом! Неоднократный участник олимпийских игр, ему преклоняется вся мировая элита настольного тенниса!

Этого он вытерпеть уже не мог. Оторвавшись от спинки стула, он прервал её.

— Людмила Ивановна, — можно я поправку внесу в ваше выступление. Вы очень сильно превысили мои заслуги.

Но она не дала ему раскрыть перед присутствующей публикой свои реалии, и продолжила:

— К тому же он до невероятности скромен. Не любит, когда его возносят до небес. Хотя не исключаю возможности, что он спустился к нам оттуда.

Людмила Федоровна, не подымаясь со стула, повернулась в его сторону и пристально посмотрела на него, будто выискивая нимб над головой. А Людмила Ивановна в это время вытащила с кармана сарафана белый целлулоидный мяч и махнула рукой своей дочери, которая появилась в зале две минуты назад.

— Сейчас вы наглядно убедитесь в его мастерстве.

Он вам покажет мастер — класс со своей воспитанницей, которая у него занимается всего лишь два месяца.

…Яна прошла на сцену со своей ракеткой и поздоровалась с Людмилой Фёдоровной и своим тренером. Яна не подвела его и выполняла все указания, которые он ей давал. После десятиминутной игры им захлопали и сцену обступили дети желающие записываться в секцию. Некоторые рвались к столу и старались повторить элементы, которые им только что показывали. Запись вела Людмила Ивановна, и каждому ребёнку она давала напутствие. Вскоре воспитатели забрали всех детей на работу. В зале остались только две Людмилы, Яна и Платон.

— Как дети оживились, когда увидали вашу игру, — без ложности сказала Людмила Фёдоровна, — я не соображаю в этом ничего, но мне тоже очень понравилось. А как вы Сергей Сергеевич, довольны? — ласково посмотрела она на него.

В это время, раздался звук падающего предмета, после чего Людмила Ивановна залезла под стол.

— Что — то потеряли Людмила Ивановна? — спросила Людмила Фёдоровна.

— Авторучка куда — то закатилась, — не вылезая оттуда, проворчала она.

— Лучше бы ты дурость свою потеряла, — повышенным тоном заявил Платон. Он был не в себе и зло сверкал глазами.

Янка неожиданно хихикнула и похлопала в ладоши.

— Ты где научилась незаслуженно раздавать Чемпионские титулы? — не переставал возмущаться он. — Какие Олимпийские игры? Я кроме стран СНГ нигде не бывал и то в Советское время. Это ты про свои сковородки можешь заливать клиентам что хочешь, а меня не касайся.

Он повернулся к Людмиле Фёдоровне.

— И вы тоже хороши. Китайцев с Пекином приплели.

Китайцы пока непобедимы. Откуда вы почерпнули такую информацию? Или тоже сковородками торгуете? Дети сейчас заглянут в интернет и поймут, что тренер у них мифический.

У Людмилы Фёдоровны от неожиданности пропал дар речи. Она не могла понять, при — чём тут сковородки? Но из слов Платона поняла, что Шабанова неверно зачислила его в легендарную личность. А значит и про Китай она выдумывала им вместе с директором.

Гордеева сжала губы и словно лазером прожгла своими глазами, ложного информатора, которая не думала покидать своего укрытия.

— Как не красиво Людмила Ивановна вы поступили. Не ужели трудно понять, что своими выдумками подставили меня и Сергея Сергеевича.

— А, — А, — Я, — Я, — не нарочно. Бывает ложь во спасение, и бывает ложь ритуальная. Глядишь Сергею Сергеевичу, удача подмигнёт здесь. Вот меня чуток и повело в сторону. Моя ложь — экспромт, — только из благих намерений.

— Удача за тем, кто работать любит и может, а ты сиди здесь или сковородками иди, торгуй, — выразительно сказал он ей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Выбор Софи
Выбор Софи

С творчеством выдающегося американского писателя Уильяма Стайрона наши читатели познакомились несколько лет назад, да и то опосредованно – на XIV Московском международном кинофестивале был показан фильм режиссера Алана Пакулы «Выбор Софи». До этого, правда, журнал «Иностранная литература» опубликовал главу из романа Стайрона, а уже после выхода на экраны фильма был издан и сам роман, мизерным тиражом и не в полном объеме. Слишком откровенные сексуальные сцены были изъяты, и, хотя сам автор и согласился на сокращения, это существенно обеднило роман. Читатели сегодня имеют возможность познакомиться с полным авторским текстом, без ханжеских изъятий, продиктованных, впрочем, не зловредностью издателей, а, скорее, инерцией редакторского мышления.Уильям Стайрон обратился к теме Освенцима, в страшных печах которого остался прах сотен тысяч людей. Софи Завистовская из Освенцима вышла, выжила, но какой ценой? Своими руками она отдала на заклание дочь, когда гестаповцы приказали ей сделать страшный выбор между своими детьми. Софи выжила, но страшная память о прошлом осталась с ней. Как жить после всего случившегося? Возможно ли быть счастливой? Для таких, как Софи, война не закончилась с приходом победы. Для Софи пережитый ужас и трагическая вина могут уйти в забвение только со смертью. И она добровольно уходит из жизни…

Уильям Стайрон

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза