Читаем Сестра Морфея полностью

Он наблюдал за ней. И когда она засунула свой блокнот в сумку, выкинул недокуренную сигарету и подошёл к скамье.

— Сергей Сергеевич, у тебя нет желания поближе со мной познакомиться? — неожиданно выпалила она. — Я здесь живу недалеко. Сейчас зайдём в магазин, возьмём выпить, хорошей закуски, и мы с тобой отпразднуем нашу совместную отставку.

— Неправильная формулировка. Не отставку, а наш с тобой героический поступок! Я согласен, — но ненадолго. В семь вечера я обязательно должен быть дома.

Она сделала губы рюмочкой и с недоверием покачала головой.

— Ты же холостой, кто тебя там ждёт?

Пришло время удивляться ему:

— Кто тебе такую ерунду сказал? — изумился он. — Я с женой живу больше сорока лет и у меня уже трое внуков.

Она поднялась со скамейки, медленно посмотрела по сторонам и, задержав свой взгляд на окне Хаджи, со злостью произнесла:

— Это сучка, — дочка его зубастая мне наплела. Сказала, что тебе сорок пять лет, разведён и имеешь помимо трёхкомнатной квартиры дом на берегу Азовского моря.

В ответ он улыбнулся своей обаятельной улыбкой.

— Ты знаешь Фима практически главнее папы в клубе. А начальники большие шутники от безделья, — так говорил шеф гестапо Мюллер. Нормально она мне возраст занизила и развела без суда, — словно обрадовавшись, выдохнул он. — А, всё остальное, чистая правда. Только Фима забыл тебе сказать, что на моём валютном счету лежат восемьсот тысяч долларов, — назвал он ей пришедшую в голову сумму, чтобы посмотреть на её реакцию.

Но реакции как таковой вроде бы и не было. А может это тоже своего рода реакция. Услышав про валютный счёт, она просто-напросто потеряла дар речи, схватила его за руку и поволокла через дорогу в магазин.

— Так водку Герб 0,75, в корзину, — диктовала она, — грибы опята маринованные 1 литр, — в корзину, колбаса три сорта — в корзину, крылышки копчёные 1 кг, — в корзину.

За пять минут она забила корзину доверху и, отказавшись от денег Сергея Сергеевича, пошла к кассе. За продукты с неё взяли две тысячи.

— Ты не слишком много набрала? — беря один пакет у неё из рук.

— Так кушать хочется, а у меня в холодильнике, только полбуханки хлеба и полбанки томатной пасты хранятся. Сейчас забью холодильник. Жить будет веселей.

Через пятнадцать минут они уже переступил порог её квартиры. Их встретила дочь Яна. Взяв пакеты у матери, и тренера она прошла в кухню.

— Дочка пока не выкладывай ничего. Возьми сверху мороженое и полижи его, но не кусай а, то горло опять заболит. А я Сергею Сергеевичу покажу свои покои, и сядем за стол.

Она провела его в гостиную. Сразу в глаза бросилась аляпистая картина попугая в роскошном багете.

— Это что за зверь такой? — кивнул он на картину.

— Это не зверь, а попугай из космоса, сама написала! — гордо заявила она. — В Англии хотела продать её, но, увы, — мои мечты накрылись разбитым корытом.

…Платон понять не мог, всерьёз она говорит или под дурочку косит, но он сразу определил, что такому разноцветному монстру место только в галереях психбольниц.

— Да ты Людмила Ивановна особо не сожалей об Англии. Если ты там бы нашла покупателя на свой «шедевр», то в Россию долго бы не вернулась.

— Это почему?

— В стране туманного Альбиона, есть знаменитый на весь мир дом под названием «Бедлам», то думаю, тебя и твоего покупателя закрыли бы в него. Чтобы бы вы вдвоём более серьёзно поработали над образом космической птицы. В космосе все птицы имеют цвет солнца, а у тебя здесь вероятно вся цветовая гамма собрана, а главного, цвета нет. У тебя тут сплошная художественная гипербола. Да и масляные краски нужно класть на грунтованный холст, а не на ватман.

— Я тебе мама говорила, про холст, — показалась в дверях сухопарая Яна, облизывая мороженное на палочке, — а ты и так не дурно будет.

— Тебя не спрашивают, марш на кухню, — прикрикнула она на дочь, тоже мне искусствовед нашлась и, заглянув в лицо Платона, поинтересовалась:

— А что в этом Бедламе одни художники находятся?

Сергей Сергеевич не переставал удивляться её скудной эрудиции. Про знаменитую психиатрическую больницу в Англии знал каждый ребёнок.

— Почему же художники? — там и писатели живут и композиторы. Короче вся творческая элита. Там они проходят курсы по повышению квалификации. А ещё к ним на отдых заглядывают короли, императоры, султаны и даже пришельцы из космоса.

— Я бы согласилась побывать в этом доме, — таинственно заявила она, — но боюсь знаменитостей. С ними разговаривать в конфуз попадёшь.

— Не попадёшь, — убедительно заявил он, — они все лопочут на своих языках.

— Тогда начну досконально английский изучать. Одну фразу я уже выучила, которая не даст мне с голоду умереть.

Alms for the poor woman one pound of food? — Без запинки произнесла она.

Он с трудом сдержал себя, чтобы не засмеяться и, взяв её под локоть, потянул на кухню.

Он понял, что она сказала и громко рассмеялся.

— Ты разобрал сейчас, что тебе иностранка сказала? — спросила она.