Читаем Серые ублюдки полностью

Каждого из капитанов возмущало присутствие другого в Уделье. Бермудо ненавидел своего соратника с низким происхождением, который так тесно общался с копытами полукровок. Ведь полуорки были недостойны внимания джентльмена. Игнасио же смотрел на Бермудо с тем презрением, которое крестьяне питают к своим господам. А еще с осознанием его полной бесполезности в таком месте, как Уделье. И все же Бермудо смог выявить преступление Игнасио и теперь ухватился за возможность от него избавиться. Шакал задумался, что бы предпринял голубокровный, узнай он, что у Ублюдков появилось живое доказательство работорговли Игнасио. Если бы надменный капитанишка явился в бордель чуть раньше, он сам бы нашел Синицу. Если бы только Шакал тогда не напился…

К черту все. Шакал решил придерживаться плана. Войдет Певчий в ворота или не войдет, оставят Шакала в живых или не оставят. Сейчас нет смысла тянуть за свинодерги.

Впереди под полуденным небом появилась кастиль. Вися вниз головой, Шакал не столько видел крепость, сколько ощущал ее присутствие. Над крепостной стеной, венчавшей крутой, опаленный солнцем холм, высилось не меньше шести огромных башен. Дорога петляла по западному склону до барбакана. Шакал вытянул шею, чтобы рассмотреть ворота и зубчатые стены. Над входом внушительно торчали две сторожевые башенки, по одной с каждой стороны арки ворот, и каждая, без сомнения, была полна лучников.

Это было последнее укрепление в Уль-вундуласе, которое все еще удерживала Гиспарта. Когда-то у него, возможно, было название, но оно больше не использовалось. Здесь располагался большой постоянный гарнизон и два эскадрона кавалеро, мирянский и дворянский. В кастили была сосредоточена крупнейшая воинская сила в стране. С башен во все стороны открывался вид на многие мили. И одна из этих башен служила резиденцией здешнего чародея. Как и у самой крепости, у него не было известного имени, и, как крепость, самим своим присутствием он напоминал о том, что Корона все еще сохраняет власть над Удельем.

Кастиль была обширнее Горнила, ее самая высокая башня была вдвое выше главной трубы Ублюдков. Когда возводили Горнило, с кастили скопировали стены со скошенным основанием, но оно и близко не могло сравниться с масштабами этого строения. Целой армии орков пришлось бы хорошенько напрячься, чтобы прорвать эту оборону. О склоны холма могли разбиваться бесчисленные орды, терзаемые потоком стрел. Тела валились бы в кучи, даже не успевая достичь стен.

С самого детства Шакала кастиль была для него надменной, жестокой данностью, но никогда еще он не ощущал такой оцепенелой подавленности, как сейчас, когда, привязанный к мулу, въезжал в тень ее ворот. Когда кавалеро спешились, к ним подбежали дворовые и приняли их лошадей. Кто-то выкрикнул приказ, и пара стражников стащила Шакала с мула. Он мельком оглядел внушительных размеров двор, открывавшийся за барбаканом, прежде чем его втолкнули в низкую дверь в основании квадратной башни. Черт, он пробыл внутри стен всего несколько мгновений, а уже увидел по меньшей мере два десятка солдат.

Один из стражей поднял решетку в полу, и за ней показалась лестница, спиралью опускавшаяся в темноту. Когда Шагал направился по ней вниз, голос у него в голове сказал, что весь их план, возможно, был феерической глупостью. И голос этот очень походил на Блажкин. Стиснув челюсти и расправив плечи, Шакал неуклонно спускался по ступенькам. У подножия лестницы их ждал длинный тусклый коридор, освещенный факелами, расставленными на почтительном расстоянии друг от друга. Стражей, очевидно, предупредили о его прибытии, либо же они испытывали здоровый страх перед полуорками, потому что, прежде чем повести его по проходу, оба подняли свои алебарды – один спереди, другой сзади; тому, что был спереди, пришлось идти спиной вперед.

Утомительное шарканье привело их в просторную, дурно пахнущую комнату с тяжелой дверью в противоположной стене. Однако они остановились, не доходя до нее, и Шакал услышал, как стражник за его спиной открыл одну из десятка железных решеток в полу.

– Вниз, – приказал стоявший спереди стражник и ткнул его алебардой.

Шакал повернулся и заглянул в яму. Это была узкая шахта, в два его роста глубиной. На дне стояла вода, в которой тускло отражался скудный свет факелов.