Читаем Серые кардиналы полностью

Нужно сказать, что в раннее средневековье Япония была еще далека от политического единства. Скорее это была непрочно связанная группа кланов, в которой на первом месте стоял императорский клан.

Кланы (удзи), в зависимости от происхождения, делились на три категории: императорский клан, члены которого претендовали на происхождение от Солнечной огини; божественные кланы, предками которых были либо небесные боги из божественных соратников первого императора Дзимму, либо земные боги, под кем следует понимать местных вождей, правивших в Ямато; и кланы пришельцев-иммигрантов, прибывших в разное время из Китая и Кореи.

Императорский клан включал несколько семейств, в него входили не только правящий дом, но и некоторое число великих семей, глав которых именовали оми, «великие мужи». Кланы признавали верховенство императорского дома, но такое превосходство давало императору лишь очень ограниченную власть.

Государство, таким образом, состояло из клановых групп, находившихся в нестабильном равновесии. Равновесие поддерживалось скорее престижем, нежели силой императорского дома, и в таких условиях естественным было стремление одной из групп добиваться власти за счет других.

В этой борьбе императорский дом имел определенные преимущества. Во-первых, будучи потомком и наследником богов, глава императорского дома являлся высшим жрецом культа синтоизма не только для вышеуказанных могущественных кланов империи, но также и для всех других кланов, поскольку Солнечная богиня была верховным божеством всего народа, а синто – исконной японской национальной религией. Как было написано в японском историческом трактате «Секу нихонги» («Продолжение анналов Японии»): «Трон солнца небесной богини Аматэрасу должен наследоваться императорским домом. Неправедный же да будет изгнан!»

Вторым преимуществом императора было то, что он являлся представителем всех кланов в отношениях с иностранными государствами, особенно с враждующими государствами Корейского полуострова. Поскольку эти отношения часто сводились к военным действиям, он, по крайней мере теоретически, осуществлял верховное командование посланными за море военными силами. (Автономия кланов была настолько полной, что только такая задача, как военный поход, могла позволить императорскому дому надеяться собрать с них налоги.)

Третьим преимуществом императора было то, что он считался арбитром в спорах между кланами или их членами по вопросам права наследования и т. п. Заметим, что все эти преимущества основывались не на силе, а скорее на традиции. Правительство, таким образом, было правительством согласия, а могущественные кланы могли с легкостью отказаться считаться с ним, когда ставкой были их собственные интересы или когда их вожди оказывались достаточно амбициозны, чтобы бросить вызов императорской власти.

Императорский род занимал «хризантемовый трон», но представители прочих кланов тоже были не прочь повластвовать. Чаще всего это желание выливалось в выборе из многочисленных претендентов на престол «удобного» принца (потому что, как было сказано, императоры имели по несколько жен и множество детей, а твердого закона о престолонаследии не существовало) и формировании из сегунов правящего военного «кабинета министров». Было гораздо удобнее манипулировать марионеточным императором, чье положение освящено божественным статусом, нежели ввязываться в кровопролитную гражданскую войну с другими кланами.

Итак, исторически в клановом японском обществе верховная власть принадлежала императорскому клану, но чтобы удержать ее, императорский клан (род) был вынужден объединяться с каким-либо крупным родом. Таким образом, рядом с императорами всегда стоял еще один клан. В разное время императорскую власть контролировали несколько сёгунских семей: до 456 г. – Кацураги, до 498-го это был клан Хэгури, до 539 г. – Отомо, затем род Мононобэ, а во второй половине VI в. – клан Сога, в 645 г. власть захватил синтоистский клан Фудзивара, за ними Тайра, Минамото, Асикага и Токугава.

Впрочем, иногда желание получить власть в свои руки не ограничивалось поиском послушного принца императорского дома. Например, клан Сога – один из самых могущественных родов эпохи становления японского государства, о нем рассказывает историческая летопись «Нихонги», – некогда даже пожелал сам основать новую династию.

В период объединения японских племенных союзов (до V в. н. э.) в борьбу за власть вмешались все слои общества Ямато, в том числе и потомки различных родов, при этом преимущество получили представители фамилии Сога. Их род добился высокого положения, а к V–VI вв. еще более упрочил его: он был допущен к управлению «тремя царскими сокровищами» – мечом, зеркалом и яшмой. (Сога сохранили за собой эту должность до самого своего конца.)

Ко второй половине VI в. Сога столкнулись с сильным противодействием со стороны главной военной силы Ямато – рода Мононобэ. Между ними вспыхнула борьба, в которой Сога одержали победу, подчинив себе императорский род.