Читаем Серебряное сердце полностью

— Мы не знаем, что случилось, и почему Дамьен решился нарушить сложившийся порядок вещей, но он собрал первых людей, которые имели Дар к магии и в небольшой деревушке Ареска, — тут, недовольно зашевелились местные уроженцы, — да, да, тогда Ареска была маленькой деревенькой, да и о королевстве Хорн никто еще не слышал. В следующий раз Норин нам расскажет о возникновении королевства, учитывая то, что он сегодня услышал. — Норин кивнул.

— Так вот, в этой деревеньке, две тысячи лет назад, собрались те, кто будет в будущем решать судьбы тысяч разумных. В тот день магия перестала быть чисто эльфийской, она стала общей. Поэтому и наша Академия тогда получила название "Общая школа магии".

— А какой же мотив? — похоже, не одному мне интересно!

Игнасиус продолжил повествование.

— Дамьен, когда услышал этот вопрос от своих учеников, ответил так:

— Я не могу рассказать вам всем тайны моей семьи, все же я больше эльф, чем человек, но главное не это. Я видел, я видел гибель этого мира, если он останется без магии. А так и будет, если эльфы останутся в своем Вечном Лесу. Поэтому вы люди, и ты Торин, должны продолжить обучать магии!

Аудитория притихла. До этого мы не сталкивались с такими мрачными предчувствиями одного из лучших магов Академии, за всю ее историю. Это только в сказках ученики почти всегда лучше учителя. Попробуйте, превзойдите полуэльфа, с его громадным сроком жизни, если я точно помню из книжечки-истории Академии, то Дамьен еще тысячу лет назад оставался ректором Академии, а людской срок — короток.

— Занятие окончено, — Игнасиус махнул всем рукой...

Студенты выходили из аудитории задумчивыми.

Нашу умелую кучку, уже поджидал у выхода Йохан, который вышел первым.

— Надеюсь, вы не забыли, что сегодня мы обедаем у меня? — уточнил он, высунувшись из груды книг, которую постоянно носил с собой.

— Как мы можем такое забыть, — тонко усмехнулся Норин, — надеюсь, твой отец готов к разорению?

Все рассмеялись.

Йохан надулся:

— Да у моего отца на двадцать таких обжор, еды хватит, — задумался и уточнил, — если будут, есть один раз в день!

В таких дружеских перешучиваниях мы и не заметили, как дошли к дому Имаго.

Все-таки, подумал я, появляется стойкая тенденция к нашему ожирению, все здания, в которые мы забегаем, находятся неподалеку одно от другого, а уж о том, сколько мы едим, наверное, не знал только самый глухой житель Арески. Вот она извесность! Казалось бы, ну пару-тройку раз съел на спор в пять раз больше местных обжор, стоит ли так удивляться? Когда меня об это спросил Норин, я отшутился:

— Вот увидишь, пользуясь случаем, я сделаю эльфам у вас такую репутацию! Нами будут восхищаться!

— Восхищаться будут, — согласился Норин, — но в гости звать уже вряд ли!

Улыбки друзей красноречиво это подтвердили.

— Привет, Забел, — кивнул Йохан привратнику, пока он открывал ворота.

Я решил сегодня отдать первенство в разговорах Норину.

Принц выступил вперед, и коротко поклонившись, все-таки они его подданные, а не наоборот, поздоровался:

— Матрес Иахим, митрес Глашера.

Родители Йохана низко поклонились,

— Мы рады видеть вас в нашем скромном доме, Ваши высочества.

Вот это молодцы! Краткость — сестра таланта! И действительно, зачем здороваться с каждым отдельно, когда перед тобой три Высочества, и один андор. Кстати, надо спросить у Зорна, как к нему на людях надо обращаться.

Имение у Имаго было довольно велико, как для столицы. Когда я поинтересовался этим у Йохана, он краснея, сказал, что имение построил его дед, патриарх купцов города. Поэтому и размеры такие. А вообще, тут мне понравилось. Конечно, это не Андедрил и не эльфийский замок, но ностальгические чувства нахлынули на меня со всей их силой. Парк, около дома, был так похож на лес, в котором я вырос, что я невольно перестал острить и поражал всех своей благовоспитанностью. Норин, даже не нашелся, как меня поддеть, так удивился! Еще бы, ведь я отказался от обеда! Сказал, что посижу на полянке, среди парка, около низких веток ясеня. Ребята стали возмущаться, но Нирель, похоже, поняла, что со мной, и убедила остальных оставить меня одного.

Мои грустные воспоминания скрасила корзинка еды, которую заботливые Имаго, передали мне с привратником. Он молча поставил ее около меня и ушел на свой пост.

Как давно я не видел свое родное небо! Хэдан, хоть мы и говорили с тобой один раз, но я скучаю по тебе, глава моего Рода. Я соскучился по гордым стенам Андедрила, которые говорили мне, что я дома, что они защитят меня. Я закрыл глаза и опять увидел их, они опять защищали меня и шептали мне: — Серкис, Серкис...

Странно, глаза я уже открыл, а в голове до сих пор стоит этот шепот.

— Серкис, Серкис, — опять в ушах зазвенело, подумал я.

— Я не Зазвенело, я Арно, — ответил мне шелест.

Я снова закрыл глаза — голос усилился.

— Ой, Арно, — удивился я, — как Ваши дела?

— А как могут быть дела у мертвого мага? — принес мне ответ ветер.

— Серкис, как только я собрал немного сил, благодаря тебе, и решил с тобой поговорить, слушай, пока у меня они не закончились.

Я молча кивнул.