Читаем Сердце фейри полностью

Не свечей. Огонь за окном самой высокой башни замка. Что-то горело снаружи. Она ощущала дым, едко обжигающий ее нос, вызывая желание чихнуть. Она не смотрела.

— Эльва была фейри, которой меня попросили помочь. Она сказала, что ее растили с тобой и твоим братом. Она хорошо о тебе отзывалась, говорила, что ты совершал бы добро, если бы стал королем.

— Эльва, — прошептала она. — Я давно не слышал это имя.

— Король сделал ее своей наложницей.

— Он не имел права, — гнев в голосе Эмонна испугал Сорчу.

— Она была твоей?

— Нет. Она была другого, но он не мог забрать женщину, если Благой король хотел ее, — он выругался. — Как он смеет лезть в это? Конечно, его ненавидят.

Сорча сглотнула.

— Эмонн, почему ты в броне?

— Король здесь.

Конечно. Стоило понять, но она не хотела думать о худшем.

— Почему?

— Ты знаешь, почему.

Она знала. Король хотел убить брата. Сорча опустила голову, гладила его броню и кивнула.

— Что от меня нужно?

— Оставайся в стороне.

— Как? — она посмотрела на него. — Я еще не была в бою.

— Следуй за мной. Я приведу тебя туда, где тебе не навредят.

— А если ты падешь? — она не хотела задавать вопрос. Мысль о нем, истекшим кровью на поле боя без ее помощи, заставляла крик подступить к горлу. — Я могу помочь раненым.

— Тебе нужно оставаться в стороне. Следуй за мной как можно ближе, и если мы наткнемся на фейри Фионна, не вмешивайся.

Сорча кивнула и пошла за ним из комнаты. Вес брони был большим, но он двигался, словно был без нее. Она отличалась от металлической брони, которую Сорча видела раньше. Части легко соединялись, не сковывали его движения. Броня не была «милой». Она была практичной. Как он.

Сорча подняла юбки, они бежали по его комнатам, по опасному мостику над землей. И тогда она увидела армию.

На острове, который она так полюбила, были мужчины и женщины в золотой броне и с копьями и мечами. Фейри, что жили в замке и служили своему господину, стояли вокруг замка вялым рядом.

Их было так мало.

Сорча перестала бежать, сжала в кулаках ткань юбок, слезы текли по щекам. Они умрут. Низшие фейри не выстоят против армии в полном облачении.

Фейри, которых она знала и любила, держали в руках кухонную утварь. Сковороды, котлы и вилы. Она всхлипнула.

— У них нет оружия, — прошептала она. — Сжальтесь, у них даже нет оружия.

— Сорча!

Она вздрогнула от крика Эмонна, пошатнулась на краю.

— Сорча, пригнись!

Мужчина забирался на край парапета. Два клинка вспыхнули в свете луны. Он поднимался с их помощью, вонзал в стену замка. Они знали, где был Эмонн.

Его броня была острой по краям. Он повернулся к ней, а не к Эмонну, улыбнулся от ее испуганного вида.

— Ты мешаешь, — фыркнул фейри. — С дороги.

Он бросился, и она закружилась. Его ладони схватили ее платье, она упала на четвереньки. Камень впился в ее ладони. Волосы упали на лицо, мешая видеть. Его ладони сжали ее лодыжки, и она закричала.

Он пропал. Его оторвали от ее ног с его криком паники. Она оглянулась и увидела, как Эмонн поднял фейри над головой. Слишком просто. Его лицо было холодным и беспощадным, и он выбросил мужчину за край.

Крик звучал воем банши.

— Идем, — Эмонн протянул ей руку. — Нужно идти.

— Тот мужчина…

— Из фейри моего брата, он не стоит твоей вины. Вставай.

Ее тошнило. Сорча много раз видела смерти, но не такие беспечные. Жизнь была выброшена, в прямом смысле, а его это не беспокоило.

Она впервые посмотрела на Эмонна новыми глазами. Она представляла его героем сказки, но он был настоящим воином, чьи руки и тело были в смерти и войне.

Она взяла его за руку, зная, что это значило. Она не могла поддерживать смерть. Но не могла и отвернуться от него.

Он поднял ее и кивнул.

— Это не последний, Сорча. Будет больше.

— Знаю.

— Не знала.

— Теперь знаю.

Он посмотрел на нее и поспешил к двери к основной части замка. Сорча следовала, сердце гремело в ушах.

Стук его брони разносился эхом на спиральной лестнице. Отражался в башне, становясь все громче. Звон колоколов церкви. На похоронах.

Тело лежало посередине. Она бы не заметила, ведь фейри не кричал, но ветер пронесся мимо, от падения воздух был заряжен.

— Они преследуют нас, — сказала она. Слова казались слишком громкими, не уважающими увиденную смерть.

— Конечно. Не отставай.

У дна Эмонн вытащил широкий меч. Рубины на рукояти стали понятными. Меч питался кровью врагов, тысячи душ были заперты в нем.

Хоть мысль потрясала, Сорча отодвинулась от меча.

— Боишься меня? — спросил он. Эмонн смотрел не на нее, а на коридор, пока ждал ее ответ.

— Не тебя, а твоего оружия.

— Стоит бояться Окрас.

— Имя меча — Голод?

— Она поглощает моих врагов, режет плоть и кость. Она не хочет тебя.

— Она?

Эмонн хищно улыбнулся.

— Конечно. Женщины способны на красоту и боль.

— Многие поспорили бы с тобой.

— Пришлось бы спорить с Окрас.

— Мы убегаем?

— Еще нет.

— Почему мы ждем? — она не смотрела на коридор, не хотела видеть, куда они выбегут, до последнего.

— Еще немного, — прошептал он. — Нужно дать им время.

— На что?

— Сейчас.