Читаем Сердца четырёх полностью

— Мисс Стюарт, надеюсь, вы не сочтете меня навязчивой, но, видите ли, произошла презабавнейшая вещь. Я миссис Струк, вон из того большого желтого дома за углом, знаете, наверное. Ну и вот, слышу я звонок в дверь. Моя горничная открыла не сразу, там никого уже не было, зато на коврике перед дверью лежал конверт, но адресованный не мне, а вам, мисс Стюарт, и мистеру Ройлу, и я подумала про себя, какая чудная ошибка, ведь адрес написан четко, а мы с вами живем на разных улицах.

— Да-да, конверт... — не выдержал Эллери и протянул руку. — Давайте его сюда.

— Я прошу прощения, — внушительно изрекла дама. — Это письмо не ваше, поскольку вы не мисс Стюарт и даже не мистер Ройл, я это точно знаю. — И она опять обратилась к Бонни, вся — сплошная улыбка и удовольствие: — Письмо со мной, я сразу же побежала к вам. Правда, бегунья из меня никакая — видите, сколько тела! А как вам, мисс Стюарт, удается держать фигуру? Я всегда говорила, что у вас...

— Спасибо, миссис Струк, — сказала Бонни. — Я могу получить письмо?

Толстуха с явной неохотой достала из кармана белый конверт и позволила Бонни его забрать.

— И примите, пожалуйста, мои поздравления по случаю вашей помолвки. Я только что услышала по радио. Какое чудесное, золотое время для молодых и таких красивых...

— Благодарю, — пролепетала Бонни, в ужасе глядя на конверт.

— А вы или ваша горничная видели того, кто вам позвонил? — спросил Эллери.

— Нет. Когда Мерси подошла к двери, там никого не было.

— Гм... Еще раз спасибо, миссис Струк.

Вежливый мистер Квин вытеснил статную даму на ступеньки и закрыл у нее перед носом дверь. Миссис Струк презрительно фыркнула и величественно прошествовала к воротам в сопровождении детектива; он еще понаблюдал за ней, пока она не скрылась за углом.

Эллери вынул конверт из вялых пальцев Бонни и вернулся в гостиную. Инспектор Глюк привел ее под руку.

— Ну и что теперь-то случилось? — спросил Тай.

Эллери вскрыл конверт, надписанный карандашом, печатными буквами, без марки и штемпеля. Внутри лежали две карты из клуба «Подкова».

— Ч...четверка черв? — прошелестела Бонни.

Тай взял у Квина обе карты.

— Да, четверка черв и туз пик!

Он порывисто шагнул к Бонни и крепко прижал ее к себе.

— Я уже говорил Глюку, наш приятель любит пошутить, — заметил Эллери, не поднимая глаз от карт в кулаке у Тая. — Может быть, теперь вы мне поверите.

— Туз пик, — тупо сказал Глюк, как будто не доверял собственным глазам.

— И что это значит? — жалобно спросила Бонни.

— Это значит, что интервью, которое вы двое сегодня дали прессе, уже приносит свои плоды, — объяснил Эллери. — Экстренные выпуски газет, вероятно, появились на улицах через час, а кроме того, есть радио — вы слышали, что сказала эта женщина. Так что наш друг Эгберт даже отказался от обычной почты, поскольку раньше понедельника вы письмо бы не получили, а курьер вручил бы его вам только завтра. Пришлось, видимо, нести самому.

— Нет, но что это означает?

— А что, невнятное разве послание? — Эллери пожал плечами. — Эти две карты вместе говорят следующее: «Бонни Стюарт и Тайлер Ройл, разорвите помолвку или приготовьтесь к смерти».

Инспектор Глюк издал какой-то утробный звук и нервно оглядел комнату. Тай побледнел, а Бонни и так уже была белая до синевы. Она крепко вцепилась в него руками.

— Значит, это правда, — обреченно прошептала Бонни. — Он действует по шаблону. Как же нам быть?

Эллери сказал:

— Эгберту надо было, чтобы этот конверт попал к нам именно сегодня. Не в понедельник и даже не завтра. Смысл его спешки, надеюсь, вам понятен?

Тай сел на диван, ссутулился, проговорил уныло:

— Яснее некуда. Мы не женимся, а если да, то все — занавес. Догадываюсь, что придется нам удовлетворить желание Батча, студии, Эгберта Л. Смита и бросить брачную затею.

— О, Тай! — простонала Бонни.

— К чему себя обманывать, радость моя? Если бы речь шла только обо мне, я бы послал этого Эгберта к черту. Но я не могу: тебя это тоже касается. Я не хочу, чтобы, выйдя за меня, ты оказалась под угрозой.

— Ты просто тупица! — Бонни вырвала руку и даже ногой топнула. — Ты не видишь, что все совсем наоборот? Я уже получала угрозы и раньше! Они именно мне были адресованы. А тебя он припугнул единственный раз, только после того, как мы объявили о свадьбе!

— Да здравствует женский ум! — сказал Эллери. — Боюсь, Тай, что Бонни права. Я раньше не говорил, зачем старался держать вас подальше друг от друга, а сейчас скажу. Я ведь это для тебя старался, Тай. Это твоя жизнь подверглась риску из-за Бонни; а она сама — с тобой или без тебя — была в опасности с того момента, как погибла ее мать.

Тай смутился:

— А я тебя ударил!

— Женишься на Бонни — попадешь под прицел, не женишься — не попадешь. А Бонни уже под прицелом, вне зависимости от того, жена она тебе или нет.

— Если все так и есть, — оскалился Тай, — то я женюсь на Бонни. Одну ее я не оставлю. И пусть этот мерзавец попробует меня убить, пусть попробует!

— Нет, Тай, — возразила ему Бонни, — я не хочу. Я тебе не позволю. Зачем тебе подвергать опасности свою жизнь? Ведь сейчас тебе ничего не грозит. Только мне одной...