Читаем Сербские братушки полностью

  В 1876 году Сербия и Черногория объявляют войну Османской империи. Однако писать красивые «Начертания» — это одно, а вот воевать с турками — это совсем другое. В нескольких сражениях сербская армия была вдребезги разбита, несмотря на помощь русских добровольцев и военных инструкторов. Лёгкого марша «на Стамбул» не получилось — получился большой конфуз. Телеграммы в Петербург сразу приняли панический, истеричный оборот. Русские обвинялись сербами чуть ли не в предательстве «славянского дела» и пособничестве геноциду славян…Одновременно с этим раздавались мольбы с просьбой помочь…


  Вообще, это сильно напоминает поведение лидеров т. н. «Южной Осетии» во время недавних событий. Отчаявшись получить «русское пушечное мясо» в ближайшее время, сербские лидеры в одностороннем порядке, не предупредив своих союзников и благодетелей, ЗАКЛЮЧИЛИ СЕПАРАТНЫЙ мир с Османской империей…Бросив на произвол судьбы не только македонцев, болгар и прочих, но и своих родных братьев — черногорцев. К чести черногорцев — они не сдались, а продолжали сопротивляться, нанеся туркам ряд чувствительных поражений. В составе черногорской армии дрались так же словенские и хорватские добровольцы. Когда в 1877 году русская армия всё же вступила в войну, сербы НИКАКОЙ помощи русским не оказывали… Пока русские истекали кровью у Плевны и на Шипке, «сербское воинство» сидело тихо, как мышь за веником, соблюдая договор с турками. А вот когда турецкая армия была разбита русскими и покатилась обратно, сербские воины вылезли из-за веника и стали захватывать пустующие города…без потерь. Свою дань кровью за первый шаг к «Великой Сербии» заплатили русские, черногорцы и румыны с болгарами.


  Итоги войны 1875–1878 годов увеличили территорию Сербии почти в два раза. Это, естественно, подвигло массу сербских радикалов продолжать интересную игру под названием «Нагадь и спрячься за русского»… Одновременно продолжились заигрывания с Веной как основным внешнеэкономическим партнёром Сербии.


Следующий шаг в создании «Великой Сербии» заключался в аннексии Македонии. Но вот в чём проблема — на неё так же претендовали Греция и Болгария… Воспользовавшись очередным болгаро-турецким конфликтом, православные сербы героически ударили в тыл болгарам с целью решить одним ударом «македонский» вопрос. Однако у «лучших славянских воинов» опять не выгорело… в трехдневной битве у Сливницы сербская армия была наголову разгромлена болгарами… Отступающие сербы открыли дорогу на Белград, стянув все силы в один кулак, но и в повторной битве болгары не оставили сербам не единого шанса. Судьба «Великой Сербии», казалось, была предрешена. Но вновь за «суперславян» заступилась Россия, причём, вместе с Австро-Венгрией… Болгарии был поставлен ультиматум, который она нехотя выполнила.


  С тех пор, кстати, начался дрейф Болгарии в сторону Германии, который закончился участием Болгарии в Первой Мировой против России… За это тоже надо сказать спасибо сербам. Вы думаете, что сербы сказали русским хотя бы «спасибо» от повторного спасения??? Нет, не сказали — была злобная критика в адрес русских и обвинения как обычно в «предательстве». А вот Австро-Венгрия зато получила в Сербии режим наибольшего экономического благоприятствования. Однако, сербских радикальных имперастов мир никак не устраивал.


  Расплодившиеся сербские террористические организации, пожиравшие средства маленькой Сербии и львиную долю дотаций русского правительства — не могли существовать без постоянной «угрозы извне»… В ходе переворота 1903 года король Сербии (к тому времени Сербия была уже королевством) Александр Обренович, его супруга-королева Драга и ряд приближённых были зверски умерщвлены ворвавшимися в дворец заговорщиками из организации «Чёрная рука»… (интересно как бы на это среагировали нынешние «православные монархисты»?).


Вся вина убитых заключалась в том, что они считали создание «Великой Сербии» опасным бредом и не собирались поддерживать радикальных отморозков… С этого момента часы Большой войны были запущены. Русский народ стал вопреки своей воле затягиваться в пучину бесконечных балканских разборок, становясь «большой дубиной» в руках кучки белградской знати, решающей свои корыстные интересы. Конечно, огромная доля вины в будущих событиях лежит на династии Романовых, на всяких романтично настроенных дворянчиках и горе-публицистах. Но сербы играли роль не честного, но подлого союзника… По мне — это хуже откровенной вражды.


Что было далее — всем известно… Первая и Вторая Балканские войны, постоянные кризисы и теракты, и наконец — выстрел в Сараево, впихнувший русскую Нацию в топку Первой мировой, а затем и Революции…


  В завершение несколько цитат по теме статьи.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика