– Я знала, что у тебя получится, сынок! Ни на минуту не сомневалась! – от прежней молчаливости и строгой угрюмости женщины не осталось и намёка. Она подошла к сыну и заключила его в крепкие объятия. – Вот видишь, твоя мечта стала к тебе на шаг ближе. Ты уже с детства мечтал стать врачом, который лечит глаза. Ты хотел вылечить всех-всех людей на планете от «серого» зрения. Ты ещё иногда заглядывал в глаза незнакомцам и спрашивал, какие они у них на самом деле, а люди смеялись и зачастую не могли ответить, потому что и сами точно этого не знали, – от нежных воспоминаний у молодой женщины слегка проступили слёзы.

«Какого цвета глаза у мамы? Они определённо какие-то светлые. Голубые или светло-серые? А, может, зелёные? Надеюсь, я это когда-нибудь узнаю, мама. Узнаю, чтобы рассказать тебе».

4.

Седоватый пожилой мужчина расслабленно лежал на дорогой кушетке, обитой натуральной кожей. В его вене в такт сердцу пульсировала игла, подсоединённая к капельнице с помощью специальной трубки. Казалось, что пациент находится в каком-то гипнотическом трансе: его глаза были закрыты, но было отчётливо видно, что под веками в нервном возбуждении пульсируют зрачки, а губы его слегка подрагивают.

Продлилось это совсем недолго, так как внезапный звонок прервал эту волну умиротворения:

– Ты как всегда вовремя, Виктор, – разочарованно и слегка раздражённо заявил мужчина с седыми висками, когда ответил на звонок по электронным часам.

– Пётр Аристархович, добрый вечер, – стараясь не выказывать смущения, ответил Виктор, в голосе которого всё же проскальзывала предательская дрожь.

– Хоть ты и прервал мою расслабляющую паузу, я хочу тебя похвалить. Товар, который ты мне поставляешь, с каждым разом всё лучше.

– Благодарю за добрые слова.

– Мне и мои ребятам из клуба по интересам нужно ещё больше и такого же отличного качества. Ты же знаешь, особенно мне нужна самая редкая группа и непременно самая молодая.

– Я Вас понял. Постараюсь сделать всё в ближайшее время.

– Не просто постараешься, а сделаешь, – строго, но с должным спокойствием произнёс Пётр Аристархович. – Даже если потребуется выжать из неудачников всё до последней капли, то выжми. Григорий, придётся собрать кровушки у них вне графика.

– Как скажете, – в голосе Виктора проскользнули оттенки сожаления, которые можно было бы списать просто на нежелание выполнять срочный заказ.

Увесистые пакеты с остатками тёмной и густой жидкости стали еле-заметно покачиваться, булькая и потрескивая на медицинском штативе. На сегодня переливание подошло к концу.

5.

Медленно поднимаясь по каменным ступеням к главному входу, Александр пытался запомнить этот момент в мельчайших подробностях. Хоть его и окружали абсолютно равнодушные прохожие, серая и строгая архитектура самой современной государственной клиники столицы, его всё равно охватил детский энтузиазм и любопытство.

Саша не привык выражать свои чувства и эмоции открыто, поэтому это было столь непривычно и даже пугающе, но сейчас ему было всё равно. Юноша скорее был интровертом, как, впрочем, и почти все остальные жители Земли. Уж таким сложился менталитет современного человека двадцать второго века. Эмоции и излишняя экспрессия порицались, отступление от общепринятых правил не принималось, а тяга к творчеству вообще подвергалась насмешкам. Мир стал серым в прямом и переносном значениях, хотя и сделал большой шаг в развитии. Но возможно ли развитие без творческого мышления?

Оказавшись в одном помещении и с другими молодыми ординаторами, Саша уже пытался высмотреть в этой кучке наиболее доброжелательных. Худощавый паренёк со светлыми волосами явно выглядел зажатым, а вот полноватая девушка с густой чёрной косой явно была душой любой компании, но, по мнению Александра, говорила уж слишком быстро. Строгая блондинка в огромных очках была не просто молчалива, а высокомерна. Остальные даже не удостоили парня ответным взглядом. В общем, по первому впечатлению Саша так и не смог определить, с кем в компании ему будет приятнее всего проходить обучение.

Когда скользящие взгляды ребят уже перестали беспорядочно скакать с друг друга, в просторный зал вошли их будущие кураторы вместе с главным врачом, который уже с порога начал наставлять будущих специалистов:

– Дорогие ординаторы, вы осознанно выбрали более сложную форму последипломного образования, поэтому поблажек не ждите. Хотя, если признаться, никто в медицине поблажек не делает вообще, потому что от наших решений зависят здоровье и человеческие жизни. Несмотря на то, что в наше время технологии безвозвратно внедрились в нашу отрасль, роботы ещё не в состоянии полностью нас заменить. Не могу не сказать, что меня это не радует, – строгий, но доброжелательный тон начальника заискрил нотками юмора. – Вы наверняка знаете, что в нашем лечебном учреждении, помимо непосредственного лечения пациентов, осуществляется научно-исследовательская и учебно-преподавательская работа. У вас есть все возможности, чтобы развиваться в своей области, так что дерзайте!