Читаем Сэр Четверг полностью

Ярроу замолчал. Они сидели втроем в темноте под звездами, прислушиваясь к ночным звукам болота. Не-кони смирно стояли поблизости. Время от времени они негромко и отрывисто переговаривались между собой на своем языке, понятном, быть может, самым старослужащим кавалерийским сержантам.

В конце концов Фред набрался смелости и спросил:

– Вы сказали, сэр, следует полагать, что там сухо… или могут быть варианты?

– Могут, – отозвался Ярроу. – Есть вероятность, что озеро решили наполнить. Тектоническая стратегия в который раз демонстрирует свою мощь, но… При том количестве пустотников, которое мы имеем сейчас, кто-нибудь из них да окажется вблизи Цитадели. К тому же было замечено, как на равнине перед крепостью соединяются просочившиеся группы… Конечно, это далеко не осада, ни в коем случае не осада, но удовольствие все равно небольшое…

Артур спросил:

– А что представляет собой Цитадель, сэр?

– Это, Зеленка, самая могучая крепость, какую можно представить. Четыре концентрических кольца бастионов, люнетов и равелинов, способных поддержать друг друга всей огневой мощью, я уже не говорю о подходах к укреплениям, перекрываемых дальнобойными огнеметами. Внутри третьего кольца располагается Внутренняя Цитадель – Звездный форт, выстроенный на скальном холме. Внутренняя Цитадель окружена земляными насыпями в семьдесят футов толщиной, а на этих насыпях стоят сорокафутовые каменные стены с вооружением в шестнадцать пушек главного калибра, тридцать две – половинного и семьдесят две пушки малого калибра, которые артиллеристы называют, как соколов, балобанами. К несчастью, последнее время у наших пушкарей страшная нехватка пороха – с тех самых пор, как Мрачного Вторника сверг этот новый государь Артур…

Ярроу замолчал, не договорив. Артур вдруг всхлипнул от боли и скорчился, обхватив ладонями голову. Ему показалось, будто в голову ему угодил разрывной снаряд – и бабахнул в самой сердцевине мозга, разлетевшись многоцветным фонтаном воспоминаний. Образы, звуки, запахи, ощущения и мысли заметались внутри черепа, отскакивая от стенок. Артур тонул в них, захлебывался и не понимал, на каком свете находится. Еще бы! Он разом вспомнил всю свою жизнь – от момента, когда он потерял желтого игрушечного слоника, и до жуткой минуты, когда к нему придвинулись трое Банщиков. Все вперемешку!

Боль, впрочем, почти сразу отпустила его. Схлынули и воспоминания, постепенно укладываясь в мозгах на подобающие места, быть может, не в самом идеальном порядке, – но, как бы то ни было, теперь Артур доподлинно знал, кто он такой, что он здесь делает и какая опасность ему грозит со стороны Сэра Четверга.

– Ты в порядке, рядовой? – обеспокоенно спросил Ярроу.

– Да, сэр… – прошептал Артур. – Так точно… в порядке…

– Это запоминалка болит, – со знанием дела пояснил Фред. – Я из-за подобного разок ка-а-ак дал себе по губе кулаком! Аж сплющил. Дельное что-нибудь вспомнил, Рэй?

– Ну… не знаю. Может быть, – осторожно ответил Артур.

Выкладывать все начистоту было категорически нельзя. У него душа горела все сразу рассказать Фреду, но он понимал, что тем самым только подвергнет друга излишнему риску. И в итоге он сказал:

– Так… понял, что еще кое о чем надо подумать…

– Ладно, отдыхайте, – велел им Ярроу. Сам он поднялся, проверил меч в ножнах и стал неторопливо прохаживаться по краю островка. – Я посторожу.

– Сэр, а вам самому не надо передохнуть? – спросил Фред.

– Мне тоже надо о многом поразмыслить, – отозвался лейтенант. – А в отдыхе я пока еще не нуждаюсь. Вам, детям Дудочника, нужно спать больше, чем военнообязанным Жителям, а этим последним – больше, чем нам, природным солдатам, созданным Зодчей для военного ремесла. Но, кстати, даже и мне требуется больше сна, чем нашим красноглазым приятелям. Они отсыпаются у себя в денниках, а в походах – не чаще раза в неделю… Я разбужу вас перед рассветом либо раньше, если случится что-то тревожное!

Вопреки ожиданиям ночь минула спокойно. Тем не менее Артур просыпался несколько раз. Будило его то чувство смутной тревоги, то просто глухая боль тела, не слишком привычного к ночевкам на голой земле, под грубым солдатским одеялом, с седлом вместо подушки…

Ярроу, как обещал, поднял мальчишек до рассвета. Никакого солнца еще в помине не было, лишь начинали понемногу бледнеть звезды. Завтрак им не требовался, от умывания и бритья их освобождало походное положение. Вся троица быстро поседлала не-коней и двинулась дальше, причем мальчишки старательно скрывали болячки, причиненные целым днем езды и весьма спартанской ночевкой.