Читаем Сенатор Маккарти полностью

В 1921 году Чамберс поступил на работу клерком в банк городка Линбрук, на Лонг Айленде. Занятие не пришлось ему по душе и он вскоре отправился путешествовать по стране: служил на железной дороге; нанимался работником на фермы и т. д. В 1924 году он вернулся домой и поступил в Колумбийский университет. Познакомился с работами фабианских социалистов; французских синдикалистов; Ленина. Во время учёбы в Колумбийском университете Чамберс сблизился с группой евреев ― выходцев из Литвы, также интересовавшихся марксизмом: Мейером Шапиро, Луисом Жуковским, Исайей Оггинсом[11]. Чамберс уже в колледже считался способным писателем. Во время учёбы сочинил пьесу "A Play for Puppets" для Колумбийского литературного журнала TheMorningside, который он редактировал; выразил в ней негативное отношение к христианству. 17 февраля 1925 года Чамберс вступил в Компартию (Рабочую партию) США. В том же году он покинул колледж.

Некоторое время Чамберс работал в нью-йоркском отделении главной газеты партии Daily Worker: писал статьи, редактировал их, занимался распространением. Позже он был редактором коммунистического журнала NewMasses.

В 1926 году, на забастовке текстильных рабочих Нью-Йорка, Уиттекер Чамберс встретился с молодой еврейской актрисой Эсфирь Шемиц (Shemitz), которая присутствовала там как репортёр. В 1930 году они поженились. Шемиц и жена Исайи Оггинса Норма Берман, также коммунистка, были знакомы между собой.

С 1932 года Чамберс стал работать в подпольной коммунистической организации, руководимой Дж. Петерсом. Он был связным между Вашингтоном (кружком Уэйром, Уайтом, Уэдли и другими правительственными служащими, близкими к коммунистами) и Нью-Йорком. Одновременно он контактировал с советскими резидентами в США В. Маркиным, А. Улановским и сменившим их в 1934 году Б. Быковым[12]. Советские агенты в США в то время особенно интересовались производственными секретами американских фирм.

В мае 1934 года в вашингтонском ресторане состоялась встреча Петерса, Уэйра, Чамберса и Хисса. Руководитель подпольной организации партии, обратив внимание на возможную будущую карьеру Хисса, предложил ему прервать явные связи с коммунистами и стать "агентом влияния" в правительстве США, что принесло бы их общему делу гораздо больше пользы. Хисс согласился. Было решено, что он прекратит посещать кружок Уэйра, но останется на связи с Чамберсом ― как куратором от партии. Со временем Хисс и Чамберс (которого Хисс знал под псевдонимом "Карл") стали близкими друзьями. Чамберс жил в доме Хисса, пользовался его машиной. После перехода Хисса на работу в государственный департамент, он поставлял Чамберсу информацию раз в 7-10 дней; тот снимал её на микроплёнку и передавал Быкову.

Ближе к рождеству 1936 года Быков захотел отблагодарить американских товарищей. До сих пор они не получали вознаграждения в долларах за свою работу, работая "из идейных соображений". Чамберс объяснил, что деньги они вряд ли возьмут, и тогда Быков предложил подарить каждому по дорогому бухарскому ковру. Чамберс организовал покупку таких ковров, через своего друга М. Шапиро, и вручил их Хиссу, Уайту[13], Уэдли[14], Сильвермену.

Однако в то время сам Чамберс и многие его друзья в прогрессивной демократической общественности США из-за московских процессов 1936-37 гг. и сталинских "чисток" партии начали разочаровываться в идеалах коммунизма.

В 1920-е годы, когда Троцкий и другие представители трудящихся захватывали в Советской России имущество русской "буржуазии" ― категория, под которую они подводили всех, имевших хоть что-либо ценное, включая крестьян; организовывали ЧК, ГУЛАГ, Голодомор, и прочие проекты своей социальной инженерии ― во все эти годы прогрессивная демократическая общественность в самых разных странах приветствовала зарю нового мира, восходившую над Россией. Однако когда в середине 1930-х годов кристально честных коммунистов начали отправлять в созданные ими концлагеря, а некоторых и уничтожать, "как бешеных собак", по образному выражению прокурора Вышинского, прогрессивная демократическая общественность ― в том числе Уиттекер Чамберс, его жена Эсфирь Шемиц, его ближайший друг Мейер Шапиро и многие, многие другие ― с горечью разочаровались в фашистском сталинском режиме.

В конце 1937 года Чамберс решил прекратить работу для советской разведки и выйти из компартии. Для гарантии безопасности от преследований со стороны бывших товарищей он оставил на хранение у племянника жены, нью-йоркского адвоката Натана Левина, несколько документов, переданных ему Хиссом и Уайтом.

В апреле 1938 года Чамберс порвал с партией. Он попытался убедить последовать своему примеру Хисса, Уэдли, Уайта и Сильвермана, но успеха в этом не имел.

Оставив коммунистические идеалы, Чамберс занялся религиозными поисками: принял католичество; позже перешёл к квакерам.