— Сто пятнадцать? — с притворно наивным удивлением сказал мистер Ривз. — Неплохо для начала — это даст вам на круг больше сотни подписчиков в год.

Не уловив в его словах сарказма, мистер Роберт заверил мистера Ривза, что у них будет куда больше.

— Хм, — произнес мистер Ривз, — а сколько вы уже имеете?

С легкой запинкой мистер Роберт признался, что пока еще они не получили ничего, но испробованы далеко не все источники, далеко не все, и он совершенно уверен, что…

— Хм, — снова произнес мистер Ривз, потирая подбородок. — Хм.

— Мы обратились к вам первому, Ривз, — сказал мистер Роберт, — понимая, что престиж вашего имени должен чрезвычайно облегчить нам дальнейшую задачу,

— Есть у вас на примете еще девять лиц, которые внесут по пятьсот фунтов каждый?

— Мы полагали, что вы найдете возможным приобрести для себя больше одного пакета, — льстиво сказал мистер Роберт.

— Ну, это дело требуется обмозговать, — сказал мистер Ривз, осторожно взвешивая каждое слово, — Если, — я повторяю, если — у меня сложится твердое убеждение, что это вполне надежное, солидное помещение капитала, я могу вложить в ваше предприятие даже тысчонки две…

Хотя внимание мистера Ривза, казалось, было приковано к проспекту, он тем не менее заметил алчно-ликующие взгляды, которыми обменялась вся троица, а также то, как мистер Филбой пнул синьора Эрасте под столом ногой, не дав ему раскрыть рта.

— Я уверен, что мы сумеем убедить вас в этом, Ривз, — подобострастно прожурчал мистер Роберт. — А заручившись вашим именем…

— Стойте, стойте, — прервал его мистер Ривз. — Я, понимаете ли, пока что не даю никаких обещаний. Я согласен только получше ознакомиться с вашим предложением. Да, да, я ознакомлюсь с ним.

И с этой позиции им уже не удалось сдвинуть его ни на йоту, как ни льстили они ему, как ни старались убедить, нагромождая одно доказательство на другое, как ни уговаривали — без малейшего успеха — выпить еще вина и «граппы»…

ДВЕНАДЦАТЬ

Мистер Ривз проснулся с головной болью и пересохшей глоткой. Ох, уж эти жареные креветки! Разве можно уберечь желудок, имея дело с этой чертовой иностранной кухней.

Мистер Ривз постарался облегчить свое состояние, выпив содовой и припомнив, как ловко разыграл он кое-кого вчера. В этом расположении духа он пребывал примерно до половины двенадцатого, когда мистер Роберт торжественно заявился в отель, таща под мышкой объемистое досье своего проклятого «Литературного обозрения». Он так настойчиво и пространно толковал об одном и том же, что мистер Ривз, чтобы как-то переменить тему разговора, вынужден был предложить ему позавтракать с ними. Не успел мистер Роберт скрыться за дверью, как миссис Ривз принесли корзину дорогих цветов от мистера Филбоя, а вечером была доставлена бутылка «граппы» от синьора Пайдерини с небольшой записочкой, извещавшей о том, что это — первосортный ликер, изготовляемый без патента дядюшкой синьора Пайдерини, сельским кюре, в какой-то глухой ломбардской деревушке. Мистер Ривз почувствовал, что успех его шутки, кажется, превзошел все ожидания.

А дальше со сказочной быстротой пошло все хуже и хуже.

Мистер Ривз теперь уже не отваживался показаться на площади Святого Марка, ибо на него тут же, подобно коршуну, налетал кто-нибудь из троицы (можно было подумать, что они установили там пост и по очереди несут дежурство) и тотчас принимался донимать его «Обозрением», весьма недвусмысленно давая понять, что две тысячи фунтов были им твердо обещаны. Только долголетний опыт всей деловой жизни мистера Ривза помог ему не попасться окончательно в расставленные силки. Как он ни уклонялся, какие ни приводил отговорки и доводы, все тонуло в потоке велеречивых словоизвержений. Мистер Ривз лег спать измученный, в крайне раздраженном состоянии духа.

Утренняя почта доставила миссис Ривз изрядное количество светских приглашений — результат деятельности «нашего общего друга — миссис Роберт, которая в таком восторге от вас». Миссис Ривз тоже была в восторге. В еще больший восторг привело ее приглашение мистера Филбоя приехать всем семейством «провести в моей маленькой вилле в Маламоччо субботу и воскресенье». Приглашение на настоящий уик-энд к знаменитому Филбою! Но мистера Ривза это отнюдь не привело в восторг, он был смущен и основательно встревожен. Как, черт побери, выпутаться из создавшегося положения? В одиннадцать часов на пороге отеля снова возник мистер Роберт с новым досье и новым запасом льстивых уговоров. Перед завтраком явился синьор Пайдерини с красивыми венецианскими бусами для Марсель. Эти бусы, пояснил он, один его приятель, гондольер, обнаружил под ковриком гондолы, после того как отвез на вокзал некую графиню, имя и адрес которой остались неизвестны. Не сдавать же их в полицию!