Читаем Семь_я (СИ) полностью

Послушать песни, найти плейлист и арты можно в группе: https://vk.com/pub_fire_m

За последнюю неделю это затхлое местечко уж очень ему полюбилось. Мелкие крыски сновали туда-сюда, дождь с улицы лил прямо в малое окошко под потолком, через которое всё равно нельзя было выбраться. Прелый воздух то заходил, то выходил из помещения, и Шабу казалось, будто он дышит густым туманом, что заползает по утрам в камеру и покрывает её низы.

Как и в прошлый раз, сидя в темнице, он совершенно не раскаивался в содеянном. Только тогда это был всего лишь витраж, случайность, а сейчас — намеренное покушение на убийство. Шаб не думал, что король так быстро догадается. И он хотел верить, что это не Хаз рассказала. Потому что, несмотря ни на что, он знал, что Хаз честная и любящая честность, но не та, кто станет разбалтывать о чужих грехах и пороках — хоть исповедуйся ей. И он сам в этом уже убедился, когда она не выдала его. Он знал, что несмотря на его ублюдочное поведение, Хаз не отступится от своих принципов. Которые, однако, ей не всегда во благо.

Хаз иногда заходила его проведать и принести еды получше. Капала ему на мозги, что это достойное наказание, а он только молча смотрел на неё и одним лишь взглядом посылал к чёрту. Но она приходила и рассказывала. Нила не было в замке неделю. От Шейна также неделю назад перестали приходить письма. Сейла в волнении заперлась в комнате и стала писать вдвое больше, чем прежде, уповая на то, что её письма могли потеряться в далёком пути и нужно отправить новые. Пока Шаб застыл во времени в этих тяжелых кандалах в сырой темнице, мир вокруг него менялся и, надо заметить, далеко не в лучшую сторону.

— А как Эдея? — первое, что он спросил, сидя на холодном полу.

— Пришла в себя не так давно. Точнее, она очнулась, но…

— В себя она не приходит уже несколько лет, — хмыкнул принц, переведя взгляд на Хаз. Та быстро умолкла и опустила глаза. Шаб продолжил: — А ребёнок? С ним всё в порядке?

— Да, ребёнок не должен был пострадать… — сказала она, но Шаб почувствовал в её голосе неуверенность, и это его насторожило.

— Есть то, о чём ты не хочешь мне рассказывать? — он поднялся с пола и приблизился к ней. — Хаз, я же вижу по твоим глазам. Только соври мне — поплатишься.

— Да нет, — ответила она, замявшись. — Ничего такого нет. Но меня кое-что настораживает в последнее время. Окружающие ведут себя странно. Король, знаешь, он…

Они услышали характерный скрип дверей и синхронно обернулись. Как говорится, помяни чёрта. Король стоял в проходе и с надменной ухмылкой смотрел на узника и его собеседницу.

— Не могла бы ты оставить нас наедине, дорогая, — медово попросил король.

После того, как она на себе принесла его к лекарю и лично влила противоядие в глотку, он явно стал к ней добрее и мягче. По крайней мере, он больше не предпринимал попыток изнасилования, а тональность его голоса в её присутствии переходила в отвратительный сладкий баритон. Но Хаз не была той, что зря испытывает судьбу, а потому беспрекословно подчинилась и поспешила уйти. Лишь незаметно обернулась на Шаба и кивнула, желая поддержать. Он кивнул ей в ответ, а затем перевёл взгляд на своего нового собеседника.

— Итак, что ты собрался сделать со мной?

— Ну, а что я тебе сделаю, — расплывчато ответил король. — Побудешь здесь ещё немного. Подумаешь о своём поведении.

— Что я такого сделал?

— А то ты не знаешь, — замотал головой король. Конечно, Шаб знал. Просто хотел убедиться, знает ли об этом ублюдок. Хотя нельзя было точно сказать, что речь об отравлении. На руках Шаба было достаточно грешков. — Ты, конечно, всегда был тем ещё разочарованием, но в этот раз ты превзошёл сам себя.

— Если ты в курсе, то с какой стати я всё ещё дышу? — усмехнулся Шаб, словно бросая вызов.

— А зачем мне тебя убивать? В качестве наказания тебе хватит и заключения. Будь ты бабой, уже бы валялся в канаве, зарезанный и оттраханный во все дыры. Но ты же мужчина. У тебя же есть член.

Король противно засмеялся, когда Шаб воззрился на него с непониманием. Разве пол так важен, когда речь идёт о предательстве? Если бы он сам столкнулся с подобным, он бы смёл со своего пути каждого, кто посмел встать поперёк. Неужели его самого, его статус, свободу и отношение к нему определяет лишь его половой орган? Вообще всегда определял, просто именно сейчас Шаб понял, насколько сильно.

— К тому же, придёт и твой время, дитя. Война сожрёт и слабого, и сильного. Радуйся, пока не пошёл ей на корм.

— А Шейн выживет, — бросил Шаб дерзко. Никогда раньше не думал, что встанет на его сторону так явно, однако… — Он всегда доводит дело до конца. Он и эту войну доведёт. Может, не сразу, но Шейн повлияет на неё больше, чем кто-либо, и больше никто из нас не отправится на битву.

— Да что ты можешь знать, мальчишка?

— Уж своего брата я знаю лучше, чем ты, отец, — выплюнул он презрительно сквозь зубы.