Читаем Семь грехов. Эдем полностью

Зал неожиданно накрыл гулкий продолжительный звук – это возвестили о скором начале боев. Удары по десяткам гонгов, висевших по всему городу, пробирали до глубины души, передавали настроение ужаса и в то же время некоего таинства. К этому дикому призыву присоединились и сердца воинов, вместо барабанов дополняющие своим дробным стуком боевой гимн Гнева.

– Ну что, готовы? – спросил Кимар соратников.

– Пора преподать этим увальням урок, – ответила Ферга и жутко оскалилась, щелкнув костяшками пальцев.

* * *

Команда поднялась на подъемнике и уже брела в плотном потоке жителей столицы Гнева. Все дышали друг другу в спину. Протолкнуться вперед не представляло никакой возможности – справа был обрыв, слева склон вулкана, отвесно уходящий вверх. В узком пространстве последние медленно волочились за первыми.

– И почему мы не могли добраться пешком?! – причитал Америус.

– Восемь тысяч ступеней?! – воскликнул бык. – Америус, тогда бы мы добрались только к началу следующего дня. Подъемник – гениальное изобретение Гнева! Прочное, быстрое, а главное, достаточно безопасное средство передвижения.

– Безопасное? Шесть несчастных случаев! – напомнил эльф. – Свыше сотни смертей!

Пара быков вывернула головы, чтобы взглянуть на личность, которая так неприятно пищала, сродни горгонскому комару.

– Это было, когда тестировали первые версии подъемников, – спокойно объяснил Кимар. – Сейчас он сделан на совесть: крепежи держат прочно, да еще и мощная лебедка, рассчитанная на пятьдесят пассажиров…

– Ага, рассказывай, – перебил его маг, ничуть не успокоенный его словами. – Еще и эта огромная очередь, которую мы отстояли, плавясь от жары. Но слава Всевышнему, что мы не оказались в числе жертв!

– А много кто преодолевал этот подъем самостоятельно? – спросил Деос. Вестник тоже незамедлительно получил порцию осуждающих взоров.

– Смеешься? – удивился Кимар. – Да почти каждая наша женщина! Мы же самый сильный и выносливый народ. Не поднявшийся хоть раз на вершину – не воин. Кстати, Америус, около двух тысяч ступеней придется все-таки преодолеть пешком, чтобы взобраться на самый верх. С этого участка начинаются крутые откосы, технологии там бессильны.

– Отлично… – недовольно пробубнил эльф.

Неамара полушепотом обратилась к Деосу:

– Иандаэль говорил что-нибудь перед уходом?

– Нет, – тихо ответил черт, косясь на Лимантрэ. – Может, он будет уже на вершине? Зачем пробиваться через эту давку, если есть крылья?

Вскоре прямая дорога вывела грехов к лестнице. Высокие ступени, рассчитанные на размах гневных копыт, уходили вверх. Внизу тянулся поток зрителей, которые выбрали самый тяжелый пеший маршрут. Воины влились теперь в толпу новых быков.

– А эти откуда взялись? – поразился Деос, оглядываясь назад.

– Большая часть предпочитает добираться традиционным способом, – пояснил Кимар. – Они начали восхождение задолго до того, как услышали гонг.

– Любите же вы, однако, боль и страдания, – резюмировал эльф.

– Боль и страдания? Мои быки, прежде чем стать берсерками, проходят испытание. Сначала их бьют плетью, пока боль не начинает сменять изначальную злость на изнеможение, затем они восходят к жерлу, и за ними тянется кровавая дорожка до самой вершины. Со спин свисают лоскуты мяса, а к вершине они должны бежать, идти шагом им не дозволено.

– Не говори, что это испытание придумал ты, – взглянул на него маг с осуждением.

Бык самодовольно улыбнулся, Америус покачал головой и произнес:

– Я был о тебе лучшего мнения.

– Прости, что разочаровал, святоша. Раньше я был весьма далек от совершенства.

Две тысячи с лишним ступеней дались грехам непросто. Остановиться и передохнуть было нельзя, сзади напирала толпа возбужденных минотавров. Лишь только на подходе к кратеру вулкана уставший Америус наконец заприметил место, куда можно отойти ненадолго.

– Неамара, – догнал он демонессу, поймав ее за запястье, – можно тебя на пару слов?

– Идите, мы догоним, – сказала она остальным.

Америус отвел Неамару в сторону, стараясь игнорировать любопытствующие взгляды.

– Я знаю, что тебя не переубедить, просто… Будь осторожна. И помни, даже если тебя ранят, я исцелю, и не важно, какие будут последствия. Плевать я хотел на их правила!

– Все будет хорошо, – успокоила мага демонесса, сжав крепче его ладонь.

Америус смотрел на Неамару так пристально, словно хотел хорошо запомнить ее лицо, и затем проговорил:

– Я буду рядом.