Читаем Секс (июнь 2008) полностью

И вот когда фильм начинает уже откровенно «бычить», по уровню фобий и густопсовой византийской мстительности сходясь с праславянскими хрониками студии Довженко типа «Легенды о княгине Ольге» или «Ярослава Мудрого», в кадр является княжна Всеслава (а то Злата, где ж их разобрать), обликом и златокованым хайратником чудесно напоминающая классическую хипповку-художницу в холстине до пят. Тут-то и приходит в голову мыслить бой руситов с чудью как вечную тяжбу славянского и саксонского рока, побоище травяно-медвяного православного гусельничества с готической традицией тяжелого металла и игрового сатанизма. Тут веревки и порты - там заклепки и шплинты. Тут перцовка - там распальцовка. Тут белая береста - там черная короста. Стык алкогольного и наркотического темпераментов, двух творческих суицидальных стихий, еще ждет своего посвященного летописца уровня Вячеслава Курицына - Вардунас тут, вестимо, не в счет. Русский рок имени Талькова от «Калинова моста» до переметнувшейся «Алисы» от веку подозрителен к своим и злобен к пришлым, суеверен, фетишизирован и косноязычен, что откровенно сближает его с ратниками Александра, из всех богатств русского языка усвоившими присказки «Это да» и «О как!» и компенсирующими скудость средств частотой повторения. Подземные факельные сходки изменников рифмуются с сатанистскими капищами и подростково-нацистской символикой арийских групп, тогда как склонность резвиться у озер на приволье роднит славянских пращуров с их рок-наследниками, искони тяготеющими к воде (если западные жрецы струн и Христа-суперстара учиняют свои ритуальные сходки в холмах, убежденные славяне вечно собираются на коллективные камланья у студеных ключей и белых озер, проводя границу враждебных эстетик и протягивая ниточку в отеческую древность). Когда русские воины спят вповалку перед битвой - кто в шатрах, кто на воздухе - это совсем напоминает рок-фестиваль. И пусть железный век передовей древесного, зато наш тактильней, задушевней и пронзительней, вот.

И есть во всем фильме лишь одно досадное отступление от православной рок-традиции, нелепое и предосудительное. «Баба должна быть голой», - прямо формулировал этот постулат на фестивале «Катунь-2000» юродивый барнаульский панк Андрон, пытавшийся стянуть трусы с каждой встречной поселянки. Это святая правда, братие, которую своевременно постиг тот же А. А. Тарковский в сцене ночи на Ивана Купалу, иже с ним и Хотиненко в «1612», а вот режиссер Каленов - не постиг. Это большое упущение, на которое следует обратить особое внимание при складывании древнерусского канона. Баба на речке - сердцу отрада. Тут вам не спасатели Малибу в неуместных оранжевых бикини.

Как справедливо замечено в рекламе кваса «Никола», «каждый должен понимать разницу между квасом и сильногазированными напитками на различных ароматизаторах и регуляторах кислотности».

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

12.01.2012