Читаем Секреты Советской Латвии. Из архивов ЦК КПЛ полностью

Тем не менее, ЕЛЦ держалась на особом контроле: «Наиболее реакционная часть духовенства пытается оправдать антинародную деятельность церкви и ее духовенства в буржуазной Латвии, в период оккупации республики немецко-фашистскими войсками». Эмигрантская церковь под водительством пастора А. Лусиса в 1970 году попыталась вступить во Всемирный Совет церквей, однако лояльный рижский архиепископ Янис Матулис послал в Женеву 31 декабря суровую отповедь: «Нельзя позволить в Ойкумене от имени латышского народа говорить людям, оставившим свою землю 25 лет назад, и которым на это латышский народ не дал ни прав, ни полномочий».

Но была и часть пасторов, которая пыталась «доказать, что приверженность к христианству не мешает гражданской деятельности религиозных граждан нашей страны и их участию в строительстве коммунизма». Что там говорить — на 7 ноября торжественные богослужения проводили!

Среди католиков Совет по делам религий ЛССР «профилактировал» декана Лапковского, который «начал вмешиваться в финансово-хозяйственную деятельность»: «Нами был вызван, от него было получено объяснение, и он был предупрежден». Католический епископ Вайвод отстранил его от должности и перевел в маленький приход. Вообще, он был завзятый реакционер — даже советские функционеры пеняли ему то, что архиепископ «весьма неохотно проводит в жизнь рекомендации Ватикана, преследующие модернизацию церковной деятельности». Скажем, службы проводит не по-латышски, а на латыни! Впрочем, разрешил не соблюдать пятничного поста в рабочих столовых. Паства ответила посещаемостью — католики в 70-м были самой активной конфессией Латвии по участию в службах в 176 храмах и 2 святых местах (кроме католиков, таковых ни у кого не было) — 91 000 человек в праздники!

Католики с их всемирными связями были весьма полезны заинтересованным советским учреждениям. Так, епископ Вайвод, декан Дзенис и ксендз Будже в декабре 1971 года направили уполномоченному Лиепе отчеты о пребывании в Ватикане и в Берлине аж на 32 листах. В частности, Будже с дивными формулировками критиковался некий немец: «молодой викарий в своем выступлении резко выступил против мира и дружбы, искажая движение за мир и само Христианское учение». Отчеты были тоже под грифом «секретно»…

По числу одновременно молящихся следом шли православные — 14,5 тысяч. Однако, «большинство духовенства лица пожилого возраста, а это, учитывая, что в сельской местности священники обслуживают несколько приходов, делает их малоподвижными и малоактивными». Из 93 православных церквей фактически не использовалось 12.

Вполне сопоставимой была и старообрядческая церковь, или беспоповское согласие — 74 храма, около 15 тысяч одновременно молящихся. Гребенщиковская община Риги так и вообще заняла 1-е место среди всех религиозных объединений республики по доходу— 58 617 рублей! Старообрядцам вменялось нарушение — христославие, с обходом прихожан на Пасху и Троицу. Это уже считалось запрещенной миссионерской деятельностью. Впрочем, как удовлетворенно отметил А. Лиепа, «Даже среди глубоко верующих почти изжита традиция т. н. “поганой кружки” (посуды, предлагаемой для пользования иноверцам и неверующим). Многие старообрядцы бреются».

Иудаизм для Совета по религиям представлял, пожалуй, самую загадочную конфессию. До такой степени, что чиновник в докладе упомянул термин «крещение (обрезание)»! Впрочем, по числу таковых «сколько-нибудь достоверных сведений об этом обряде получить не удалось». Верующие в 1970 году возвели также небольшую ритуальную постройку на кладбище Шмерли. Совет по религиям отметил, что сделано это, «используя попустительство бывшего руководства комбината благоустройства Рижского горисполкома <…> В отношении виновных приняты надлежащие меры».

Рижская синагога на ул. Пейтавас при помощи современных электрических машин и печи приготовила за год, ни много, ни мало, более 40 тонн мацы. 2,5 тонны ушло «на экспорт» — в Таллин. Совет по религиям ЛССР «вопросу мацы» посвятил 4 страницы, из 50 страниц всего отчета. Главный вывод: евреи ее не используют при отправлении культа, а едят в праздники. Стало быть, нужен налог!

Стоит отметить, что в следующем, 1971 году, тов. Лиепа направил тов. Куроедову специальный отчет о Пасхе. Во всех конфессиях этот праздник сопровождался «ночными гуляниями», в том числе у молодежи. Однако, особое внимание уделили евреям — «поскольку в основе иудейского праздника пасхи (песах) обнаруживаются элементы национализма и учитывая сложившуюся ситуацию на Ближнем Востоке».

В Риге в это время проживало около 25 тысяч евреев. Точно так же отписывалось в Москву об иудейском празднике Рош а-Шана (новый год), пришедшемся на 4 ноября: