Читаем Секреты Советской Латвии. Из архивов ЦК КПЛ полностью

Обычной вещью для комбайнера было продать часть урожая «налево» — скажем, в совхозе имени Стучки одной гражданке на корм скоту досталось 877 кг ржи, в совхозе «Айвиексте» — 880 кг ячменя. Всего же обэхээсники отследили, ни много ни мало, 19 тонн похищенного зерна, которое шло в первую очередь на фураж. Но это мелко по сравнению с объемами конфиската у рыбаков: за 1971 год у 2 514 нарушителей правил лова изъяли 176,2 тонны рыбы!

Стоит отметить, что в те годы стране не хватало собственного зерна: в архиве есть немало документов Совета Министров СССР, приказывающих устранить все узкие места в портах по приему импортной пшеницы, а также примешивать низкосортное (с малым содержанием клейковины) сырье в хлеб и макаронные изделия. Поэтому реальность села ЛССР была далека от идеалов социализма: «Колхозники и рабочие совхозов, пользуясь повышенными закупочными ценами на мясо и низкими ценами на продукты, скармливаемые скоту, занимаются выращиванием крупного рогатого скота и свиней для продажи государству. Только колхозами у населения закуплено 23 000 голов. Отдельные граждане, видя легкую поживу в откорме личного скота, занимаются хищением комбикормов».

Министерство местной промышленности Латвийской ССР насчитывало в начале 70-х годов 26 головных предприятий и 35 цехов и мастерских. Несмотря на кажущуюся «второразрядность», это были весьма крупные объекты: к примеру, на ПО «Дайльраде» трудилось 2 830 человек, на фабрике художественных, вязальных и галантерейных изделий «Юрмала» — 1 587, на ПО «Аусма» — 1 500, «Латвияс стиклс» — 1 123. «Оперативная обстановка на объектах отрасли», по оценке начальника отделения ОБХСС Э. Элериса, характеризовалась «значительными злоупотреблениями».

Так, в 1971 году на «Дайльраде» открылся цех по переработке золота. Сырье приходило из Москвы, изделия шли в Грузию. Только за 4 месяца 1971–1972 годов через фабрику прошло 200 кг золота, «что несвойственно специфике предприятия». На «Аусме» интерес с точки зрения ОБХСС представлял учет щеток, расчесок и спальных мешков. «Керамика» имела много мелких цехов на периферии и плохой учет. «Большое количество мелких хищений, в связи со слабым учетом готовой продукции имеется возможность выпускать неучтенные детские игрушки». «Асоте» выпускала трикотажные изделия и одежду из синтетики. И тут — «есть возможность сбывать похищенное через магазины».

Предприятия Министерства бытового обслуживания ЛССР тоже были под пристальным контролем. Например, на «Ригас текстиле» вскрыли воровство новозеландской шерсти. Через шоферов ее реализовывали в Балтинаве и Прейди. В фотоателье масштаб «неучтенки» составлял, по оценкам, 20 % оборота.

В пищевой же промышленности в номинации «мелкие хищения», по данным секретаря ЦК КПЛ Н. Белухи, лидировали Рижский мясоконсервный и ликероводочный заводы, косметическая фабрика «Дзинтарс» и завод шампанских вин. Но, конечно же, излюбленным «выгулом» для ОБХСС была торговая сеть. Тут, как говорят, к гадалке не ходи — что-то да найдешь. Но сейчас читаются эти «кейсы» со слезой умиления:

«Шеф-повар кафе “Дзиркстеле” Б-ва скупила у экспедитора Елгавского мясокомбината П-ва похищенную мясную обрезь стоимостью 50 копеек за килограмм, и изготовила из нее неучтенные холодные закуски и вторые блюда, которые должны были приготовляться из более дорогого мяса».

«Во время проверки столовой М 2 треста общественного питания Московского района г. Риги был задержан гражданин К-в, который пытался сбыть в буфет столовой 60 плиток шоколада “Мокка”, похищенного его женой Б-а с кондитерской фабрики “Лайма”».

«Отделом внутренних дел Даугавпилсского горисполкома привлекается к уголовной ответственности официант ресторана “Даугавпилс” Б-в, который во время контрольной проверки обсчитал покупателя на сумму в 91 копейку».

Да, по нынешним временам, когда чиновники ворочают на свой карман государственные и муниципальные миллионы — это просто смех!

(По материалам из Государственного архива Латвии.)

***