— Хм, это проблема? Я готов читать Вас всю ночь! Не хотите присоединиться ко мне в спальне?

— Я не уверена, что мои ноги способны сдвинуться с места.

— Это легко исправить, — сказал он, и приподняв её на руки, как невесту, отнёс в спальню, где они продолжали заниматься любовь снова и снова, в течение всей ночи, пока не израсходовали все свои силы.

Глава 11

Она проснулась в одиночестве. Ещё прошлой ночью Джон предупредил, что ему нужно быть в лаборатории рано утром. Он оставил свой личный номер телефона, на случай, если Лизетт что-нибудь понадобится. Настольные часы показывали 5:00. Лизетт нужно было пораньше прийти на работу, поэтому она, зевая, начала подниматься с кровати, которую ещё ночью согревал Джон своим телом. Лизетт не понимала, в какой именно момент она потеряла голову и решила заняться любовью с человеком, которого знала всего несколько дней, но она не могла отрицать, что вчера ночью ей было очень хорошо. Впервые в жизни она не сдерживала себя: застенчивая девчонка превратилась в уверенную женщину, которая готова контролировать всё вокруг. Лизетт была уверена, что прошлой ночью в ней что-то изменилось. С Джоном она обрела веру в себя.

Прошлая ночь не была похожа на сцены, которые обычно описывают в романтических книгах. Это была дикая ночь, которую хотелось повторять снова и снова. Но захочет ли Джон? Да, для Лизетт это несомненно был новый сексуальный опыт, но для Джона… «Для это, вероятно, самое обычное явление! Затащить девушку из ресторана в свою постель не составляет труда для такого мужчины!», — эта мысль не давала ей покоя. Она не хотела думать о других его женщинах и о том, что Джон делал с ними в постели. Лизетт не знала, какое значение имеет прошлая ночь для Джона, но точно понимала, что у неё были чувства к этому мужчине. Что-то скрытое внутри ударило по ней, и слёзы скатились по лицу. Она не должна была сталкиваться с Джоном на благотворительном вечере, не должна была продолжать это общение.

Лизетт была уверена в том, что делает. Пришло время возвращаться домой. «Богатые и влиятельные мужчины не встречаются с простушками. А если даже и начнут встречаться, то отношения продлятся недолго», — Лизетт извлекла этот урок, когда была ещё в колледже. Она встречалась с богатыми парнями, которых, кажется, любила. Ради них Лизетт оставалась всё лето в городе, веселилась, развлекалась и жила полной жизнью. Но, когда снова возвратилась домой, узнала о том, что её родители продают семейный бизнес. Лизетт пыталась как-либо помочь семье, обращалась к знакомым, но безрезультатно — бизнес продали. С тех пор она изменила свою жизнь. Но компания её родителей прекратил своё существование, и она ничего не могла поделать. Лизетт поняла, что совершила ошибку, потратив своё время на идиотов, которые, в конечном счёте, бросали её. Она дала себе обещание, что впредь будет ответственной. Жизнь не игра, можно потерять абсолютно всё в мгновенье ока.

Путешествие в Нью-Йорк, страстная ночь с Джоном — это всего лишь план, который должен принести хорошие пожертвования «Другому Шансу». «Ну, по крайней мере, никто не знает, где я была и чем занималась. Я могу возвратиться домой, не причинив никакого вреда своей репутации».

Было ещё слишком рано для того, чтобы отправиться в центр, сесть на поезд до Род-Айленда и возвратиться домой. Дома Лизетт оповестила бы госпожу Мэннинг о том, что господин Винчи почти готов спонсировать «Другой Шанс». Не было никакой необходимости рассказывать обо всех подробностях их с Джоном встречи: ни о побеге Лизетт из Нью-Йорка, ни о страстной ночи с Джоном.

Отодвинув одеяло, она неохотно встала с кровати, которая была неимоверно огромного размера, и направилась в ванную. Комната была потрясающей. Старомодная ванна с ножками в виде львиных лап, огромная душевая с многочисленными насадками и джакузи на другом конце комнаты оказались впечатляющими. Замечтавшись о том, что мог бы сделать с ней Джон в этой ванной, Лизетт быстро приняла душ. Она не хотела, чтобы Джон застал её в квартире.

После душа у неё не было другого выбора, кроме как надеть чёрное платье и высокие каблуки с прошлой ночи. Лизетт обычно так не одевалась по утрам. Одежда подобного рода в столь раннее время суток, будто кричала: «Да, я не ночевала дома вчера вечером». Смотря на себя в зеркало, она уже готовилась к осуждающим взглядам прохожих. Хотя, какая разница? Ведь, в Нью-Йорке её всё равно никто не знает.

Взяв ручку и бумагу из ящика в спальне, она решила оставить Джону записку. «Да, я знаю, что трусиха», — подумал она. Лизетт не могла столкнуться с Джоном этим утром.