– Милосерднее? – усомнился Северин. – Но бандиты, запершие нас, наверняка не знали, что делается в этой бане после полуночи. А мы…

– Не будем гадать, знали они или не знали, – перебил его друг, – это не важно. Лучше определись, на какой ты стороне. Пойми, речь идет не только о нас, но и о нашем задании и даже больше – о судьбе всего дела.

Северин промолчал. Он ненавидел пословицу о том, что цель якобы оправдывает средства. А еще он знал, что нет ничего страшнее людей, взявших себе правом судить и карать, делить остальных на волков и агнцев, убивать и жечь…

Вдали еле слышно заурчал мотор, предупреждая о приближающейся машине. Вовремя они с Глебом успели.

– Едут, – предупредил Северин и отступил под прикрытие одичавшей старой яблони, готовый в любой момент действовать, как они и договорились.

Черный джип въехал на поляну и затормозил.

Из нее вылезли двое – водитель и тот, кто сидел рядом с ним, – и направились к заброшенной бане. Оставалось надеяться, что внутри автомобиля никого не осталось.

– А они там тихо сидят, – заметил лысый, которого Северин видел вчера в лагере.

– Спят, наверное. Или замерзли. Что-то прохладно, – ежась, ответил его напарник, такой же плечистый и высокий детина.

– Замерзнуть в бане! Вот это фишка! – с готовностью заржал первый.

– А вот смеяться не надо. Если они и вправду замерзли, не оставив завещания с указанием места, где лежит золото, шеф нам башки открутит, – напомнил более серьезно настроенный товарищ. – Ну, доставай пистолет. Я сейчас дверь открою, а ты прикрывать будешь. От того бешеного чего угодно ожидать можно.

Северин понял, что говорят о нем, и улыбнулся.

Тем временем оба братка замерли у дверей бани. Они взяли на изготовку пистолеты. Один прицелился, уставив дуло в дверь, другой, встав боком к проходу, осторожно отодвинул засов. Оба бандита действовали правильно для того случая, если бы их противники находились за запертой дверью бани. Дверь со скрипом открылась…

– Не понял… Вроде никого. Они что, испарились, что ли?.. – пробормотал серьезный, заглядывая внутрь.

Именно в этот момент Глеб и Северин, не сговариваясь, наскочили каждый на своего противника. Северин уложил бритоголового с одного удара. Противник Глеба успел повернуться и даже выстрелить, к счастью, мимо, прежде чем второй удар заставил его рухнуть на мокрую от росы траву.

– Заносим! – скомандовал Глеб и, видя, что друг еще немного сомневается, напомнил: – У них, в отличие от нас, еще есть шанс и масса времени в запасе. Вспомни: с нами студенты, и нам нужно оторваться.

Этот аргумент окончательно убедил Северина. Они с Глебом изъяли оружие и, обыскав карманы бандитов, вытащили оттуда ножи и зажигалки, а затем затащили обоих братков в старую баню и задвинули засов.

Дело сделано.

Глава 10

В дороге

Ребята встретили всю компанию в условленном месте. Правда, догонять им не пришлось – пришлось скорее ждать. И пока отряд Семена Николаевича приближался, Северин успел высказать Глебу все, что он думает об умении историков передвигаться по лесу.

– Нас… вернее, их этому не учат! – сдался наконец Глеб. – Слава богу, в партизаны не идти.

– А их бы в партизаны и не взяли, – покачал головой Северин. – Как и в охотники. От таких охотников вся дичь за километр разбегаться будет.

– Вот и хорошо, – улыбнулся Глеб, – зато никто не нападет. Ни волки, ни медведи. Кстати, Северин, а здесь водятся хищники?

– Конечно. Там, где от людей подальше. Кстати, нужно быть осторожными: места здесь глухие, и люди до сих пор частенько теряются.

– Ну с тобой-то, сын лесника, мы точно не пропадем! – улыбнулся Глеб.

Северин промолчал.

Он и сам не заметил, как ненависть к лесу и желание быть как все – то есть как одноклассники – истаяли, как тает на солнце первый непрочный снег. И вот они с отцом вновь шагают по нарядному утреннему лесу. Розовое солнце пробивается сквозь сплетение ветвей, где-то поют птицы… Мужчина и мальчик ступают так тихо и мягко, что их шаги не пугают лесных обитателей, и те, должно быть, принимают их за своих.

Они не разговаривают друг с другом. Когда отцу нужно обратить на что-то внимание сына, он останавливается и делает рукой знак. Северин смотрит и жадно впитывает в себя то, чему учит его лесная книга.