Читаем Секира Перуна полностью

После его отъезда в лагере воцарилось настоящее веселье, а самые артистичные из ребят тут же взялись за постановку сценки под кодовым названием «Коварные воры в ночи похищают лопаты самоотверженных археологов».

– Ну что, – спросил Глеб, когда вся команда «русичей» собралась вокруг него на обрывистом берегу около пляжа. – Опять целый день насмарку. По мне лучше бы убедились, правильно ли копаем.

– Откопали бы то, что нужно, и домой, к цивилизации! – вздохнула Динка, уже напрочь позабывшая и об овсянке, и об уроках.

Северин промолчал. Он больше других хотел, чтобы раскопки так или иначе закончились и можно было уехать отсюда подальше от ненужных воспоминаний. Но, как известно, словами делу не поможешь, а значит, зачем напрасно сотрясать воздух.

– Посмотрите, – вдруг окликнула друзей Александра, – видите вон там, на другом берегу, кто-то в черном?..

– Вот черт! – не сдержавшись, выругался Глеб. – Готов спорить, это опять тот же парень!

– Какой парень? – заинтересовалась Динка и даже привстала на носочки, точно надеялась лучше от этого видеть.

– Да, похоже, тот же, которого мы с Северином заметили в день нападения на школу…

– И тот, которого мы видели в ночь на Ивана Купалу, – добавила Александра.

– Вот это да! – восхитилась Динка, вглядываясь в черную фигуру. – Выходит, он за нами следит?.. А еще вот что я вам скажу: он лопаты и украл!

– В качестве сувенира на добрую память? – хмуро поинтересовался Северин.

– Если бы! – Динка не спешила открывать все карты, наслаждаясь лицедейством.

– Она о том, что, похоже, наши противники задумали лишить нас возможности продолжать раскопки и выкопать тот сундук, или на что мы там наткнулись, самим, – вмешался Глеб к большому неудовольствию девочки.

– Ага, – кивнул Северин, наблюдая, как черная фигура на том берегу исчезла в кустах. – И что дальше? Семен Николаевич привезет новые лопаты не позже чем к обеду. Какой смысл воровать старые?

– А смысл в том, – поторопилась заявить Динка, – чтобы сделать что-нибудь, пока начальник экспедиции отсутствует.

– Согласен, – Глеб кивнул. – Если так, то каких-либо действий нам нужно ожидать в ближайшее время.

– Нет, не нужно, – неожиданно заявила Александра. Она стояла, отвернувшись от друзей, и смотрела куда-то на пляж.

– Это почему же не нужно?! – взвилась обиженно Динка.

– А потому, что мы уже дождались, – пояснила Александра таким же спокойным тоном, как если бы находилась на уроке в школе.

И вправду, к столпившимся на берегу студентам подходил полицейский.

– Пойдемте послушаем! – позвал друзей Глеб, и все спустились на пляж.

– …Так что нечего вам здесь отираться! Говорю же: строго запрещено! – повторил полицейский, теребя свою фуражку.

Это был еще довольно молодой, долговязый и веснушчатый парень.

– Но у нас здесь раскоп… – нерешительно возразил один из студентов.

– А вот копать здесь вы как раз-то и не имеете права! – полицейский так перегнул свою несчастную фуражку, что едва не сломал козырек. – Вот где у вас специальные бумаги?..

Студенты зашумели.

– Они у нашего профессора, он за лопатами в город уехал, – заявил тот же смельчак.

Полицейский нахмурился, сразу став похожим на взъерошенного воробья-переростка.

– Нет бумаг – нет и разговора! – подвел он итог.

– А у тебя-то самого удостоверение есть? – послышался вдруг из толпы девичий голос.

Полицейский выпятил губу и, достав из кармана удостоверение, потряс им перед студентами.

– Ну, посмотрели? – ехидно осведомился он. – А теперь марш отсюда! Неча пялиться, тут вам не телевизор!

Студенты, сломленные его железными аргументами, повернули в сторону лагеря, по пути обещая, что «вот приедет профессор, профессор нас рассудит».

– И что вы об этом думаете? – поинтересовался у друзей Глеб, когда они отошли немного от пляжа и остановились, не спеша примкнуть к историкам.

– Грубо ваш черный в этот раз работает, – пожал плечами Северин, покусывая сорванный по дороге листик мяты. – Нападение грамотно организовали, как по нотам, а с полевой работой у них не очень…

– И полицейского зачем-то приплели, – добавила Динка.

– А это не полицейский, – заявил вдруг Глеб, поглядывая в сторону пляжа.

– Почему? – не понял Северин.

– Ты видел, как он нервничал? – спросил Глеб, и приятель кивнул.

– А как же удостоверение? – усомнилась Динка.

– Вот оно-то и убедило меня окончательно, что полицейский – самозваный, – напустил еще больше тумана Глеб.

– Что ты нам, как в квесте, проверки устраиваешь? – обиженно шмыгнула носом девочка. – Говори уж. Где твое «элементарно, Ватсон»?

– Элементарно, Динка, – передразнил ее Глеб. – Он же удостоверение издали показывал, а еще размахивал им, чтобы рассмотреть никакой возможности не было. Отсюда и заключаю, что либо удостоверение – липа, либо в нем вклеена фотография другого человека.

– И правда! – вырвалось у Северина. – От него как-то странно пахло. Самогоном. Причем не от самого парня, а от его одежды…

– Ты действительно это учуял? – Динка с любопытством уставилась на приятеля. – Ну у тебя и нос! Мне бы такой!

– Да ладно, – отмахнулся Северин, – нос как нос…

Динка многозначительно хмыкнула.