Читаем Сёгун полностью

Теперь, глядя на нее, он понимал: ему не хочется, чтобы с ней что-нибудь случилось.

– Давайте я пойду с самураями, Марико-сан, а вы оставайтесь здесь. Пожалуйста.

– Это невозможно, Андзин-сан.

– Тогда мне нужен нож. А лучше два.

Она передала это требование Торанаге, который согласился. Блэкторн засунул один нож под пояс, внутрь кимоно. Другой привязал вниз рукояткой, к руке под рукавом, использовав для этого полоску шелка, оторванную от манжеты кимоно.

– Мой господин спрашивает, все ли англичане носят ножи в рукаве, как вы?

– Нет. Но большинство моряков делают именно так.

– Это необычно – не как у португальцев, – заметила она.

– Лучшее место для запасного ножа – в сапоге. Тогда вы можете нанести хороший удар очень быстро. Если это необходимо.

Она перевела его слова, и Блэкторн заметил, как внимательно поглядели на него Торанага и Ябу, и понял: им не понравилось то, что он вооружается. «Хорошо, – подумал он. – Возможно, мне удастся остаться вооруженным».

Он опять вернулся мыслями к Торанаге. После того как серые были перебиты, Торанага через Марико перед всеми коричневыми поблагодарил его за «верность». И больше ничего – ни обещаний, ни соглашений, ни наград. Но Блэкторн знал, что это придет позднее. Старый монах сказал ему, что верность – единственное, что японцы считают достойным награды. «Верность и долг, сеньор, – говорил он. – Это их культ, это бусидо. Мы отдаем наши жизни за Бога, Его сына Иисуса и Марию, Матерь Божью. Эти животные жертвуют собой ради своих хозяев и умирают как собаки. Ради спасения своей души помните, сеньор: они животные».

«Они не животные, – подумал Блэкторн. – И многое другое из того, что вы сказали, святой отец, неправда, преувеличение фанатика».

Он обратился к Марико:

– Мне нужно знать сигнал – свободен корабль или нет.

Она перевела его слова Торанаге, на этот раз реакция была спокойной.

– Господин Торанага говорит, что один из наших солдат сделает это.

– Я считаю, это трусость – поручать женщине мужскую работу.

– Пожалуйста, будьте терпеливы с нами, Андзин-сан. Нет различий между мужчиной и женщиной. Женщины такие же самураи. В этом отношении женщина может быть много лучше, чем мужчина.

Торанага коротко спросил ее о чем-то.

– Вы готовы, Андзин-сан? Мы сейчас выходим.

– План плохой и опасный, и я устал быть ощипанной жертвенной уткой, но я готов.

Она засмеялась, поклонилась Торанаге и побежала. Блэкторн и шесть самураев последовали за ней.

Она бежала очень быстро, и он нагнал ее, лишь когда они завернули за угол и попали на открытое пространство. В тот же миг, как они появились, серые заметили их и бросились вперед. Вскоре люди Торанаги были окружены. Марико лихорадочно затараторила, объясняясь с серыми. Потом и Блэкторн внес свою лепту в пеструю многоязычную речь, пересыпав ее португальскими, английскими и немецкими словами, жестами прося поторопиться, и схватился за поручни сходней, непритворно запыхавшись. Он пытался разглядеть, что происходит внутри корабля, но ничего не видел достаточно отчетливо – только многочисленные головы, появляющиеся у планшира. Он различал бритые макушки многочисленных самураев и не менее многочисленных моряков. Цвета кимоно разобрать не удавалось.

Один из серых за спиной быстро заговорил с ним, он повернулся, объясняя, что не понимает, и призывая жестами: бегите туда, быстро, вверх по улице, где продолжается эта проклятая битва.

– Вакаримас ка? Уноси отсюда к черту свой зад с поджатым хвостом! Вакаримас ка? Там бой идет!

Марико с безумным видом что-то рассказывала командиру серых. Тот отошел к кораблю и прокричал приказы. Сразу же более сотни самураев, сплошь серых, высыпало на берег. Предводитель послал нескольких человек на север вдоль берега, чтобы встретить раненых и помочь им при необходимости. Один был спешно отряжен за подмогой к серым, топтавшимся около португальского фрегата. Оставив десять человек охранять сходни, командир быстрым шагом повел остальных по улице, которая, извиваясь, поднималась от пристани к городу.

Марико подошла к Блэкторну.

– Как вам кажется, с кораблем все в порядке? – спросила она.

– Он на плаву.

С большим усилием Блэкторн уцепился за канаты сходней и втянул себя на палубу. Марико последовала за ним. За ней поднялись двое коричневых.

Моряки, толпившиеся у планшира по левому борту, уступили им дорогу. Четверо серых охраняли ют, еще двое маячили на полуюте. Все они были вооружены луками и мечами.

Марико принялась расспрашивать одного из моряков. Тот отвечал ей с большой любезностью.

– Это все люди, нанятые, чтобы доставить Кирицубо-сан в Эдо, – пояснила она Блэкторну.

– Спросите его… – Блэкторн не договорил, так как приметил низенького, приземистого моряка, которого назначил капитаном галеры после шторма. – Конбанва (добрый вечер), капитан-сан!

– Конбанва, Андзин-сан. Ватаси иэ, капитан-сан, има, – ответил моряк с ухмылкой, качая головой. Он указал на гибкого субъекта с серо-стальной торчащей косичкой, который один стоял на юте: – Имасу капитан-сан!