Читаем Сёгун полностью

– Не сегодня, потому что мы среди друзей, Бунтаро-сан, – проговорил он умиротворяюще, отчаянно желая избежать схватки, которая навсегда удержит их в замке. – Мы среди друзей, Бунтаро-сан.

– Каких друзей? Я знаю друзей, и я знаю врагов! – Бунтаро повернулся к Исидо. – Где мужчина, тот настоящий мужчина, о котором вы говорили, Исидо-сан? А? Или просто мужчина? Дайте мне его, пусть они все выползают из своих нор и становятся передо мной – Тодой Бунтаро, господином Сакуры, если кто-нибудь из них наделен мужеством!

Все приготовились.

Исидо зло оглянулся.

Ябу увещевал:

– Сейчас не время, Бунтаро-сан. Друзья или вра…

– Друзья? Где? В этой навозной куче? – Бунтаро плюнул в пыль.

Рука одного из людей в сером метнулась к рукояти меча, десять коричневых сделали то же, пятьдесят серых отстали только на долю секунды, и теперь все ждали, когда меч Исидо подаст сигнал к атаке.

В это время из тени сада показался Хиромацу, прошел через ворота в передний двор. Свой боевой меч он держал в руках, наполовину вынув из ножен.

– Друзей можно найти и в навозе, сын мой, – сказал он спокойно. Руки выпустили рукоятки мечей. Самураи на противоположных стенах – серые и коричневые – ослабили натяжение тетивы. – Мы имеем друзей во всем этом замке. Во всей Осаке. Наш господин Торанага все время говорит нам об этом. – Он стоял как скала перед своим сыном, единственным, что остался в живых, и видел жажду крови в его глазах. Как только был замечен подходящий Исидо, Хиромацу занял боевую позицию у внутренних ворот. Потом, когда миновала первая опасность, он со спокойствием кошки отошел в тень. Теперь он смотрел в глаза Бунтаро. – Разве это не так, сын мой?

С огромным усилием Бунтаро кивнул и отступил на шаг. Но он все еще закрывал путь в сад.

Хиромацу перенес внимание на Исидо:

– Мы не ожидали вас сегодня вечером, Исидо-сан.

– Я пришел засвидетельствовать свое почтение госпоже Кирицубо. Мне только-только сообщили, что кто-то уезжает.

– Мой сын прав. Нам следовало поинтересоваться, среди друзей ли мы? Или мы заложники, которые должны просить о милости?

– Нет. Но господин Торанага и я согласовали протокол на время его визита. Меня должны уведомлять за день о прибытии и отъезде высоких гостей, чтобы я мог засвидетельствовать соответствующие чувства.

– Решение господина Торанаги было внезапным. Он не считал, что отъезд одной из его женщин в Эдо – настолько важное дело, чтобы докучать вам, – ответил Хиромацу. – Да, господин Торанага готовится к своему отъезду.

– Это решено?

– Да. Отъезд назначен на тот день, когда будет принято решение на Совете регентов. Вам сообщат точное время согласно протоколу.

– Хорошо. Правда, встреча может быть опять отложена. Господину Кияме становится все хуже.

– Отложена? Или не состоится?

– Я только упомянул о том, что это может быть. Мы надеемся иметь удовольствие видеться с господином Торанагой долгое время, не так ли? Он поедет со мной завтра на охоту?

– Я потребовал, чтобы он отказался от охоты до собрания. Я не считаю это безопасным. Я не считаю, что какое-либо из здешних мест можно назвать надежным. Если грязный убийца способен так легко пройти через ваши кордоны, то с какой же легкостью измена может настичь нас за стенами замка?

Исидо пропустил мимо ушей это оскорбление. Оно еще больше разгорячило его людей, но сейчас это его не устраивало. Он был рад вмешательству Хиромацу, так как сам почти потерял контроль над собой. Мысль о голове Бунтаро, валяющейся в пыли, о его раздробленных зубах захватила Исидо.

– Как вы хорошо знаете, все командовавшие охраной в ту ночь уже отправились в «великую пустоту». К несчастью, члены секты Амиды живут по своим законам. Но они скоро будут уничтожены. Регентов попросят разделаться с ними раз и навсегда. А теперь, может быть, мне будет позволено высказать свои чувства Кирицубо-сан?

Исидо вышел вперед. Его личные телохранители в сером шли за господином. Внезапно все они вздрогнули и остановились. Бунтаро изготовился к стрельбе, и, хотя стрела целилась в землю, тетива была натянута до предела.

– Серым запрещено проходить через эти ворота. Это записано в протоколе!

– Я комендант Осакского замка и командир охраны наследника! У меня есть право ходить куда угодно!

Хиромацу сразу же овладел ситуацией:

– Верно, вы командир охраны наследника, и вы имеете право ходить куда захочется. Но через эти ворота с вами может пройти только пять человек сопровождения. Разве это не согласовано вами и моим хозяином на время его пребывания здесь?

– Пять или пятьдесят, не имеет значения! Это оскорбление…

– Оскорбление? Мой сын не хотел оскорбить вас. Он следует приказам, согласованным его господином и вами. Пять человек. Пять! – Это прозвучало приказом, и Хиромацу, повернувшись спиной к Исидо, посмотрел на сына. – Господин Исидо оказывает нам честь, желая изъявить уважение госпоже Кирицубо.