Читаем Сделка полностью

– Гоблинами, – простодушно хлопнула своими болотцами кикимора.

– Это личное дело каждого, – ласково улыбнулся ей гость, – как нас называть. Но сами мы называем себя людьми и менять без особо важной причины свои привычки не намерены.

– Колючий, – в тон ему протянула хозяйка.

– Принципиальный и благородный, – отстраненно вздохнула тень, поставила на стол последнюю миску с варевом для себя, села рядом с мужем и подняла взгляд на примолкшего лекаря. – Так что там со старшими расами? Мне тоже интересно узнать поподробнее.

– Всего их было семь, – неторопливо начал Ительс, помешивая ложкой горячее варево, – драконы, эльфы, дриады, моряне, вампиры, гольды и феи. Но про фей давно ничего не слышно… все старшие расы упорно молчат, когда им задают вопрос о повелительницах воздуха.

Лекарь смолк и принялся сосредоточенно черпать уху, словно считал ответ полным, но тень и не подумала оставить его в покое.

– А остальные? – съев несколько ложек варева, подняла на туземца настойчивый взгляд Таэльмина. – Чем повелевают драконы, гольды и вампиры? О морянах я знаю, они управляют водой во всех ее видах и всеми морскими и речными жителями, и именно они создали кикимор.

– Драконам подвластно созидание и власть над разумом, еще тайны мироздания, эльфы повелевают светом и растениями, дриады властвуют над животными и отчасти над растениями, а вампиры живут в согласии с созданными ими животными, – словно сжалившись над мрачно сопевшим лекарем, пояснила кикимора. – Ну а гольдам дано управлять металлами и всеми минералами. Они лучшие ювелиры, кузнецы и алхимики и во всех пределах торгуют своими поделками. С гоблинами тоже. Ну, или людьми, если вам так приятнее.

– Спасибо, – учтиво кивнул хозяйке герцог, – это очень интересно… хотя у меня было несколько иное представление о способностях эльфов и дриад.

– Не волнуйся, ты не сильно ошибался. Каждая из старших рас, кроме самого любимого занятия, умеет делать и все остальное. Просто эльфам лучше всех удается выращивать диковинные растения, а гольдам – ковать браслеты.

– А Сиандолл чей город?

– Изначально его вырастили совместно эльфы и дриады, они лучшие строители деревянных домов, а живут там люди и прочие создания. Еще гольды, они построили в Сиандолле много каменных зданий и сооружений.

– Создания драконов – нагарды и люди, – задумчиво пробормотал герцог, – эльфов – фейлы, дриад – типары, вампиров – огры. Морянам служат кикиморы… А какие создания у гольдов? И были ли создания у фей?

– Про фей ничего не знаю, – сразу поскучнела Линья, побежала к печи, загремела там крышками и половниками. – Ох ты напасть! Чуть было фаршированного карпа не пересушила! Мин, помогай-ка!

– Понятно, – продолжал размышлять вслух Харн, – про фей никаких вопросов задавать не стоит. Ну, так, значит, и не будем… А вот про гольдов хотелось бы узнать. Неужели они так и не создали ни одного помощника? Никогда не поверю, уж больно, судя по умениям, народ изобретательный и трудолюбивый.

– Как не создали, – фыркнула кикимора, ставя вдвоем с тенью на стол широкую доску, на которой, источая дивный аромат, возлежала золотистая рыбина длиной едва ли не в целую меру, – много кого создали. И големов, чтоб тяжелую работу делать, и пронырливых малышей – гномов, и саламандр… да только навстречу чужакам никого не посылают. Но это их дело. А теперь прекращайте разговоры, налегайте на карпа-то и отправляйтесь на чердак, там вам постели уже готовы.

– А Тарза ты не угощаешь? – отодвигаясь от стола, спросил Харн через полчаса, пресыщенно рассматривая недоеденную часть рыбины.

– Неужели ты его уже простил? – хитро прищурилась Линья.

– Ты задала неверный вопрос… скорее, я принял как неизбежность правила вашей игры, – обдумав ее выпад, вздохнул герцог и направился к лесенке на чердак. По пути свернул к задумчиво примолкшей лаэйре, нежно поцеловал ее в макушку и бережно поправил выбившийся из прически локон. – Спокойной ночи, милая.

– Спокойной ночи, дорогой, – кротко ответила Таэль, посмотрела вслед взбирающемуся по лестнице мужу и повернулась к притихшей кикиморе. – Спасибо за карпа, Линья, очень вкусно. Пойду и я спать.

– Отдам тогда остальное Тарзу… – словно самой себе пробормотала кикимора, проследив за ушедшей за занавеску девушкой, и потащила остатки ужина на улицу, искоса поглядывая на примолкшего Ительса, – может, после еды подобреет и перестанет гоняться за внуком?

Как она определила очень скоро, найдя огров по нюху, Тарз уже угомонился и перестал бегать за Изором, ломая по пути кусты и топча муравейники. Теперь он просто сидел под стройной сосной, опершись спиной об ее теплую кору, и очень медленно, внятно и с выражением читал молодому огру нотацию. Сам же Изор с большим удобством устроился в развилке между ветвей на самой верхушке дерева, болтал босой лапой и насвистывал нечто легкомысленное.