Читаем Сделка полностью

– Как интересссно… – В голосе стражника внезапно прорезалось змеиное шипение. – Нашш народ дасст тебе за это ссстолько кредитов, ссколько захочешь.

– Мои предки сотни лет берегли и чтили ритуальным это оружие, – пряча кинжал, холодно отрезал Харн, – и я буду последним, кто сменяет его на любые блага. Прощай.

– Всстретимсся… – донеслось вдогонку.

Тарз уже стоял на противоположной стороне моста, а Ительс шагал к нему по качающемуся деревянному настилу, и герцогу ничего не оставалось, как отправиться вслед за ними. Он шел не спеша, разглядывал реку и открывающийся вид на более низкий левый берег и пытался сообразить, как ему лучше теперь поступить. Ясно было одно: для начала нужно заставить лекаря, почему-то упорно увиливающего от разговора, объяснить, почему они не взяли Таэльмину. И попытаться узнать у него, что это за город и какие там порядки. А когда станет ясно, где для лаэйры безопаснее, срочно изобретать планы ее спасения – как он понял из разговоров поселенцев, до их проклятого турнира остается всего несколько дней.

В одном Харн был почти уверен: его тени хватит хитрости и сноровки отделаться от участи жены воина, но оставалось крохотное, почти невозможное сомнение… Вернее, подозрение. Не особо верилось ему в честность поселян в таком вопросе, наверняка уже давно придумали, как заставить попадавших к ним женщин покорно принять свой удел. Наверняка поили зельем покорности или сонным…

Воспоминание о восемнадцати девушках, смиренно сидящих на лавке в ожидании своей участи, снова обожгло душу жарким укором, словно удар кнута, и Харн еле слышно простонал сквозь стиснутые зубы. Ведь знал же… наизусть знал правило: если ты хочешь понять, насколько нравится человеку твое действие, поставь себя на его место.

Так почему же в последние месяцы он вершил чужие судьбы, даже на миг не усомнившись в своей справедливости?

Подвесная часть моста закончилась у второй башни, но оттуда навстречу Хатгерну так никто и не вышел, и он спокойно прошел через распахнутые двери. А выйдя наружу, увидел спокойно уходящих по дороге спутников и вновь разозлился. Уверены, что никуда ему теперь не деться, вот и бегут куда-то как оглашенные. Знать бы только куда?

Это стало ясно, едва неторопливо шагавший герцог ступил на берег и миновал рядок раскидистых ив, мывших в прозрачных струях свои желтые косы. Отсюда открылся вид на прибрежный лужок и бегущую через него тропку к нескольким строениям, окруженным густой зеленью садов. Судя по струившемуся над крышами бледному дымку, там давно уже растопили печи, и, значит, можно будет купить горячего чая и свежего хлеба.

Харн сглотнул голодную слюну, вызванную призрачным видением румяного пирожка, и незаметно для себя прибавил шагу.

Вблизи самый большой дом поселка показался герцогу похожим на трактир или постоялый двор, и хотя на нем не было ни вывески, ни каких-либо иных знаков, указывающих на особое назначение, Хатгерн, подойдя к строению вплотную, уверовал в свою сообразительность. Неподалеку от дверей под навесом одиноко стояла поноска Тарза, а дальше были привязаны несколько оседланных верховых животных. Слишком необычных, чтобы можно было спутать их с лошадьми побережья.

Но рассматривать разномастных полосатых и пятнистых зверей Харн не стал, успеет еще, раз ему суждено жить тут долго… возможно, даже всю жизнь. Он поднялся по ступеням гостеприимно широкого крыльца и решительно распахнул крепкую дверь.

Недоумение и смутная тревога разом всколыхнулись в душе герцога, едва он разглядел внутреннее убранство трактира, и заставили мужчину оторопеть. Всего на пару мгновений, но этого хватило трем прелестным хозяйкам этого жилища, чтобы повиснуть на нем со всех сторон.

– Ах, новичок!

– Какой красавец!

– Такой мужественный!

– Но пыльный…

– Нужно быстрее в купальню.

– Вымыть…

– С душистыми отварами…

– Протереть…

– Мягкими полотнами…

– Свежие простыни…

– Горячий завтрак…

Слово «завтрак» отозвалось в одурманенном мозгу Хатгерна узнаванием, а в следующий момент вдруг огнем вспыхнул медный браслет, прожигая почти исчезнувший узор на запястье знакомой болью брачного ритуала. Резко рванувшись из обволакивающих ласковых объятий куда-то ведущих его девиц, герцог неожиданно обнаружил, что их ловкие ручки уже успели расстегнуть его куртку и почти до конца распустили стягивающие пояс шнуры.

– Стоять, – отрывая от себя упрямые цепкие ручки, рявкнул Харн, – иначе я вас всех вышвырну в окно! Я вовсе не нуждаюсь в ваших услугах, мне нужен только завтрак. И мои спутники!

– Так они уже в купальне, мы туда тебя и хотели проводить, – обиженно надула губки та девица, что стояла рядом, и качнулась к новичку.

Браслет напарников снова обжег запястье, предупреждая Харна, и герцог едко усмехнулся, подробнее разглядев в полумраке прохода смуглое личико и алый отблеск в черных глазах.

– А стражник, который стоит на мосту, – навскидку швырнул он внезапную догадку, – случайно, не муж тебе? Или брат? Как им всем нравится ваша работка?

– Ш-што? – Кроткие улыбки вмиг стаяли с лиц туземок. – Да как ты сссмеешшшь!