Читаем Сборник статей полностью

Честная политика коммунистических партий не может не заботиться об интересах всего коммунистического движения. А эти интересы требуют критического анализа опыта СССР. Недостаточно сказать, как сказал Жорж Марше, что ФКП добивается "...социалистического общества, которое будет самой передовой демократией в истории страны". О передовой демократии мы наслышаны. КПСС говорит о ней куда больше, чем ФКП. А нам, как и французским, и итальянским, и английским, и испанским и всем другим коммунистам, важно знать, приемлете ли вы "передовую демократию" СССР или нет? Если не приемлете в целом, то что из нее для вас приемлемо?

Вы все почему-то пугаетесь жупела "вмешательство во внутренние дела". Но, во-первых, то, что делается в Советском Союзе, не может быть только его внутренним делом. Об этом сказал Ленин еще в начале становления республики советов. Он говорил, что теперь о социализме будут судить не по ученым трактатам (следовательно, и не по заявлениям руководителей западных компартий), а по живой практике Советского государства. Именно поэтому он называл нашу страну детищем мирового пролетариата. Но ни один настоящий родитель не может быть безразличен к тому, как растет и во что вырастет его детище. Следовательно, надо вмешиваться, по крайней мере выступать с критикой по тем вопросам, где дело касается принципов, являющихся общими для всех, кто идет или намеревается идти по пути социализма.

Во-вторых, на вмешательство во внутренние дела СССР надо смотреть с той же точки зрения, с какой смотрят на вмешательство во внутренние дела всех других стран. Вот Луиджи Лонго в связи со смертью Франко пишет в газете "Унита":

"Сейчас перед испанским народом, перед всеми демократическими силами Европы и всего мира встает проблема ликвидации наследия диктаторского режима. После смерти Франко должен умереть и франкизм." И далее: "Уход диктатора, ...сам по себе не ведет к решению проблемы Испании... Для восстановления демократии в стране необходима борьба всех политических и социальных сил, вовлечение в нее широких народных масс... всех тех сил, которые подвергались репрессиям со стороны франкистского режима за свое стремление к свободе и прогрессу Испании. Широкая и объединенная борьба за глубокие коренные изменения в Испании необходима прежде всего потому..., что реакционные силы, обладающие силой и властью, хотели бы после смерти Франко придать окраску некоторой либерализации старому режиму и сохранить его сущность. Борьба между старым и новым ... уже началась... народы Европы должны рассматривать ее не как посторонние зрители, а как активные участники, ставшие на сторону всех прогрессивных сил Испании". И наконец: "Прямая обязанность и долг всех народов и правительств... заключается в том, чтобы внести активный вклад и оказать полную поддержку рождению новой Испании, ее обновлению, прогрессу". (Цитирую по "Правде" от 25 ноября 1975 года. Курсив везде мой - П.Г.)

Эту программу тов. Лонго, по-видимому, не считает вмешательством во внутренние дела Испании. Ну, а если мы в приведенной цитате заменим "Франко", "франкизм", "франкистский режим", "Испания" на "Сталин", "сталинизм", "сталинский режим", "СССР", то суждения Лонго станут неверными? В этом случае на них следует смотреть как на попытку вмешательства во внутренние дела, как на возрождение нравов "холодной войны"?

Для СССР "уход диктатора... сам по себе" приведет к решению всех проблем? Или, может, Сталин и не был диктатором? Может, он вообще не существовал? Значит, не нужна и "широкая объединенная борьба за глубокие коренные изменения" в СССР? Не нужно "вовлечение в нее широких народных масс"? В СССР не остались от сталинщины "реакционные силы, обладающие силой и властью", которые "хотели бы после смерти " Сталина "придать окраску некоторой либерализации старому режиму и сохранить его сущность"? Разве народы Европы, компартии в том числе, должны рассматривать борьбу между старым и новым в СССР не "как активные участники, вставшие на сторону всех прогрессивных сил" в СССР, а "как посторонние зрители"?

В применении к СССР, Сталину, сталинизму "прямая обязанность и долг всех народов и правительств" состоит не в том, чтобы "внести активный вклад и оказать полную поддержку... обновлению и прогрессу "в СССР?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Льюис Кэрролл
Льюис Кэрролл

Может показаться, что у этой книги два героя. Один — выпускник Оксфорда, благочестивый священнослужитель, педант, читавший проповеди и скучные лекции по математике, увлекавшийся фотографией, в качестве куратора Клуба колледжа занимавшийся пополнением винного погреба и следивший за качеством блюд, разработавший методику расчета рейтинга игроков в теннис и думавший об оптимизации парламентских выборов. Другой — мастер парадоксов, изобретательный и веселый рассказчик, искренне любивший своих маленьких слушателей, один из самых известных авторов литературных сказок, возвращающий читателей в мир детства.Как почтенный преподаватель математики Чарлз Латвидж Доджсон превратился в писателя Льюиса Кэрролла? Почему его единственное заграничное путешествие было совершено в Россию? На что он тратил немалые гонорары? Что для него значила девочка Алиса, ставшая героиней его сказочной дилогии? На эти вопросы отвечает книга Нины Демуровой, замечательной переводчицы, полвека назад открывшей русскоязычным читателям чудесную страну героев Кэрролла.

Уолтер де ла Мар , Вирджиния Вулф , Гилберт Кийт Честертон , Нина Михайловна Демурова

Детективы / Биографии и Мемуары / Детская литература / Литературоведение / Прочие Детективы / Документальное