Космос полагает, что даже самого закоренелого страпердея можно излечить. В Воронежской лаборатории для этого используется метод видеотерапии. За пациентами устанавливается круглосуточная видеослежка, после чего проводится принудпросмотр получившегося реалити-шоу их главными героями. Измученные и возмущённые бесконечным наблюдением валяющихся, слоняющихся и копающихся себя, страпердеи рвут на себе волосы, требуют выпустить их на волю — и надолго приобретают благодетельное ощущение времени, действительно непрестанно сгорающего у каждого из нас под ногами.

P.S. Разумеется, пресловутая самооценка в ходе действий в реальном мире может действительно пострадать. Но, как утверждает мой персидский коллега, такой самооценки ни чуточки не жалко.

P.P.S. Некоторые Читатели прозорливо уличили Гиперкуба в том, что он всего лишь заменил понятие "страх" на понятие "лень", "а как преодолеть лень, не рассказал". Ещё немного таких претензий, и мне придётся объяснять, как преодолеть телесную слабость (секретный приём под названием "регулярные тренировки",) как преодолеть незнание английского языка (магический ритуал "учёба"), как преодолеть нечищенные зубы, немытые руки и нестриженые ногти. Не будем смешить Космос, друзья мои.

Мыланома и её диагностика

— Печально это, — заявил Истинному Учителю Истины (то есть мне) высокий мальчишеский голос из трубки. — Я надеялся, хоть кто-то не скурвится.

— Что у вас стряслось, голубчик? — осведомился я, жуя белый шоколадный тромбоцит из учебно-кондитерского набора по биологии.

— Это не у меня. Это у вас стряслось. — ответил юноша. — Это вы наконец-то запомоились. Объявили, что будете писать коллективно с другими. Набрали себе компашку, от которой откровенно попахивает гнильцой — я у одного прочёл, что он коммунист, а у другого, что он за копирайт. В общем, поздравляю: вы нырнули в дерьмо по полной. А знаете, что это значит?

— Понятия не имею, что это всё значит. — честно признался я.

— Что вы сами теперь весь в дерьме. — веско сказал юноша. — Век не отмоетесь. — и он бросил трубку.

Я задумчиво посмотрел на телефон, доел тромбоцит и щёлкнул пальцами. Звонивший мне тут же материализовался — как был, в шортах и футболке. На вид молодому человеку было не больше сорока пяти. Продолжая думать, будто он у себя дома, юноша подсел к моему компьютеру и стал писать кому-то, что более он с ним на одном квадратном километре не сядет.

Я подошёл и осторожно заглянул больному через плечо. Как следовало из воинственной сервенты, юноша и его новый враг до поры до времени пребывали в гармонии. Они были совершенно согласны в том, что «Мертвец» Джармуша — лучший фильм 1990-х; что Обама дурак; что сочинитель В.Б.Резун во многом прав; что Doors круче Beatles, что за наркоторговлю следует расстреливать, скейтбордисты идиоты, а Г.К.Каспаров — клоун; и во множестве других вещей. Они, однако, только что разошлись в оценке личности последнего царя Николая II: один опрометчиво обругал покойного монарха тряпкой на троне, а другой, как выяснилось, держит его икону на полке с дисками. Поскольку для юноши было очевидным, что человек, не чтящий Николая II, является идейным потомком коммуняк — последовала болезненная сцена разрыва.

Наблюдая всё это, я вздохнул: передо мною сидела типичная жертва мыланомы — мощнейшего оружия Внеземных Цивилизаций по раздроблению костяка Человечеству.

Название мыланоме — имея в виду её злокачественный характер и тягу больных к полной и совершенной чистоте — дал неутомимый проф. Инъязов. Как доказано последними исследованиями, мыланома паразитирует на человеческой принципиальности.

Исторически принципиальность означала убеждённость человека в том, что он делает и чего делать не станет даже под страхом смерти. Так, Л.Ю.Брут, один из основателей народовластия в Риме, требовал казни активных монархистов — и когда монархический заговор затеяли его сыновья, он не дрогнув приказал их ликвидировать. Весьма принципиальны в своих поступках были Я.Гус, св. Т.Мор, Я.Корчак и Э.Гевара, хотя принципы каждого из них вполне могли ужаснуть других. Всех перечисленных деятелей объединяет одно: объектом приложения их твёрдых убеждений были в первую очередь они сами, а основным мотивом — ответственность перед единомышленниками и последователями.

Однако времена изменились. Сегодня мы живём в мире, где занятие человека имеет всё меньше связи с принципами, которые он якобы исповедует. Двое коллег по налоговой службе, заполняющие одни и те же формы, катающиеся на одинаковых логанах, отдыхающие с семьями на одном курорте и даже пьющие пиво одной марки — тем не менее порою глубоко и принципиально различаются по тем убеждениям, которые они зачем-то тащат сквозь стандартную ежедневность. Гордо заявляя, что «его убеждения — это его личное дело», современник даже не представляет, какую печальную правду он озвучивает. Мысль о том, что убеждения не стиль одежды и должны диктовать весь образ жизни своего носителя — сегодня окончательно сдана в архив.