Страны с высокой долей государственной управленческой вертикали разделились на те, в которых даже упоминание о «Сатисфакции» каралось законом: Северная Корея, Иран, Узбекистан, Саудовская Аравия, – и те, в которых правящие элиты посчитали дуэли эффективным средством выпуска пара, по крайней мере, на первом этапе ничем для режима не угрожающим. В Китае «Сатисфакция» получила государственную поддержку с ограничениями, касавшимися высших чиновников и партийных функционеров. С одобрением отнеслись к игре и власти Египта и Иордании, почти все страны Латинской Америки, кроме Венесуэлы. В России мнения разделились, но жесткого запрета на решение споров таким образом не последовало.

Поразило нас отношение к «Сатисфакции» в странах третьего мира с элементами, скажем, четвертого. Наши первые попытки привнести в африканские неустойчивые режимы с непрекращающейся гражданской войной, непрерывной чудовищной резней идею «перестать убивать», провалились, а сама идея стрельбы без летального исхода вызвала у них гомерический хохот. Их извращенные представления о простых человеческих понятиях, о ценности человеческой жизни находились в недоступном для нашего понимания мире. Несколько попыток провести переговоры с враждующими группировками закончились тем, что, принимая в подарок страйкбольное оружие, они в начале боя использовали его, а после того, как заканчивались шары, доставали реальные «калашниковы» и завершали бой, усеивая поле сражения трупами.

Глава 27

Но блокбастер Спилберга докатился и до африканской глубинки, и однажды в сентябре 17-го года мне позвонил Гофф. Он попросил меня принять участие в экспедиции в один из регионов Восточной Африки на границе с мирной в этот период Танзанией. В офис «Сатисфакции» обратился адвокат одной из враждующих сторон и сообщил, что между противниками достигнута договоренность о неприкосновенности эмиссаров «Сатисфакции» в случае, если они согласятся прибыть в их регион и провести мастер-класс, продемонстрировать оружие и правила игры. И если они будут удовлетворены, не исключено, что будет достигнуто перемирие. Гофф предупредил о том, что некоторый риск, совсем минимальный, в этой командировке присутствует. Но нужен человек, обладающий навыками управления, такого уровня, как я, и в то же время берется во внимание мой опыт службы в кадровой армии. Он подробно описал те средства, которые будут нас страховать от возможных провокаций. Нас снабдят новейшей электроникой, передающей картинку и звук в офис центрального штаба. Сопровождать нас будет переводчица с полной вовлеченностью в ситуацию. Договоренность о нашей безопасности достигнута на дипломатическом уровне в нескольких соседних странах, и их вооруженные силы выделили отряды спецназа, которые будут находиться в непосредственной близости от места переговоров.

Два палубных вертолета «Си Хоук» с авианосного корабля ВМС США в Индийском океане будут находиться в минутной подлетной готовности с «морскими котиками» на борту.

* * *

В Дар-эс-Салам мы вылетели в шесть утра из Тель-Авива и через пять часов приземлились в аэропорту Джулиус Ньерере.

В Тель-Авиве ко мне присоединился симпатичный черный парень, психолог из Филадельфии, давно работающий на «Сатисфакцию», – Дэниел Андерсон. С ним была вспомогательная бригада из шести человек. Они погрузили десять ящиков с оружием, амуницией, боеприпасами и продуктами, которыми собирался нас кормить повар, американец итальянского происхождения с какой-то смешной фамилией – кажется, Пипинто.

В аэропорту Дар-эс-Салама мы перегрузили ящики из транспортного «Геркулеса» С-130 в грузовик и в сопровождении трех джипов отправились в порт. У дальнего причала огромного, шумного, забитого складами, машинами, портовыми кранами порта нас ждала моторная яхта, совсем новая английская 82-футовая «Принцесса». Наш груз легко разместился в ее просторных помещениях, и мы, наконец, встретились с Адеолой Тиса, нашей переводчицей, чернокожей девушкой 24 лет. Выглядела она на шестнадцать: длинные, худые, ровные, как спички, ноги, круглое губастое лицо, тонкие руки и живые, как ртуть, глаза.

Адеола не стояла на месте – она все время двигалась. Она говорила, включая в разговор все свое нескладное тело, словно ступни ее ног касались раскаленной поверхности. Руки летали в такт произносимым словам и поддерживались активной мимикой ее живого лица. Уединившись в одной из кают, мы с Дэниелом слушали ее рассказ о том, как в кровавой междоусобице на ее родине она потеряла всех своих близких, как ее, десятилетнюю девочку, спрятала у себя медсестра-волонтерка из Дании, которая научила ее управляться с больными и ранеными. Но, самое главное, медсестра выучила ее английскому языку, причем научила не только разговорной речи, но и письму. Это позволило Адеоле найти свое место в жизни после отъезда благодетельницы. Та звала ее с собой, но девушка горела желанием в память о близких сделать что-то для своей страны.