Согласен с утверждениями искина — информации мало. Я зарядил еще три патрона, передернул затвор обреза. Рисковать не стал и все так же отошел к платформе. Менять настройку прицела я не стал, как и выбирать новую цель. В данный момент меня интересовала правильная работа механизмов обреза ружья: перезарядка, досылание патрона в патронник, четкое отбрасывание стреляных гильз и сам процесс дестабилизации заряда, то есть образование термической реакции из-за нарушения целостности элементов энергетической ячейки.

Для этого я постарался как можно быстрее произвести серию из трех выстрелов. Натянул нить, рывок — второй, третий. Мне показалось, как будто в замедленной съемке все три выпущенных снаряда устремились к озеру. Прогрохотали три взрыва, но я увидел лишь первое попадание. Все остальные были скрыты тугим облаком водяного пара, увеличивающимся при каждом новом взрыве.

— Тёма, что скажешь?

— Артём, автоматика ружья отработала штатно. Все три стреляные гильзы вылетели из патронника, ружье встало на затворную задержку. Три заряда покинули канал ствола, успешно дестабилизировались и направились по расчетной траектории. Точка попадания снарядов — с небольшими отклонениями, но в пределах расчетных показателей.

— Тёма, можно считать испытания успешными?

— Затрудняюсь ответить, недостаточно информации.

Я немного подумал и решил: чего мне терять? Подошел, снял обрез со станины, зарядил один патрон, взял в руки, постарался как можно сильнее и увереннее его ухватить и произвел выстрел. Бахнуло знатно. Да, обрез попытался вырваться из моих рук. Но, несмотря на это, плазменный шар метнулся в сторону озера. Все тот же хлопок, все то же облако пара продемонстрировали мне, что у меня все получилось.

Не стал интересоваться у искина, что он думает по поводу моего нового эксперимента. Испытание, тестирование… Я уверенно зарядил четыре патрона и изготовился к стрельбе. Бах, бах, бах, бах! Четыре огненных шара все так же устремились в озеро. Вот это мощь! Спорить не буду: охотничья винтовка — оружие достаточно мощное, но обрез ружья с новыми усовершенствованными патронами — это уже угрожающая мощь.

На этом эксперимент закончился, и не только потому, что были отстреляны все десять патронов, но и потому, что я сделал для себя вывод. Оружие годное. Определил для себя, что использовать патроны в ближнем бою не стоит, и в бою его применять как последний довод. Как-то так.

Поручил искину рассчитать и создать систему автоматического полива огорода. Шутки шутками, но огород стал занимать достаточно много времени. И нет, я его не разлюбил. Я все так же его обожаю, но я вышел на финальную неделю работы. Осталось немного до секторов корабля, в которых в момент посадки находился экипаж. Следовательно, скоро начнутся находки.

На восемнадцатый день работы наконец дошли до жилых помещений, в которых могли находиться останки погибшего экипажа корабля. Что интересно, несмотря на то что со времени катастрофы прошли тысячелетия, сохранились некоторые скелетированные фрагменты тел. Дроиду-уборщику были поставлены четкие установки на максимальную осторожность при сборе находок. Фрагменты тел, как и другие неопознанные предметы, не похожие на элементы переборок и палубы, собирались и направлялись в резервный медицинский блок для анализа. В тот самый медицинский блок, где я очнулся после попадания на Ковчег.

Какое разочарование настигло меня! Я не совсем осознавал общий объем работ. Почему-то мне казалось, что, проделав прямой горизонтальный коридор, я попаду в нужный сектор, в котором найду то, что необходимо. Но оказалось совсем не так. Сам сектор был разрушен. Теперь получается, что необходимо хотя бы минимально разобрать завалы в помещениях сектора, где мог находиться экипаж. Задача усугублялась тем, что сектор был многоуровневый. Получается, что я как бы сделал подкоп к многоквартирному дому, и теперь мне нужно разобрать завалы и проверить каждую квартиру.

Значит, пора переходить к усиленным тренировкам. Сначала я хотел осуществлять работы в прежнем порядке: зачищать один уровень сектора, переходить на другой и так далее. Почему бы и не попробовать еще две группы дроидов и транспортных платформ, идентичных по составу уже работающим.

— Артём, утроение нагрузки негативно скажется на работе твоей центральной нервной системы.

— Тёма, подскажи, существует ли практика применения медицинских стимуляторов, усиливающих и ускоряющих умственную деятельность?

— Я понял, о чем ты спрашиваешь. Действительно, подобные препараты существуют и применяются нешироко, в чрезвычайных ситуациях. Данные препараты вредны.

— Не собираюсь злоупотреблять. Просто на начальном этапе одновременного оперирования пятнадцатью ремонтными дроидами, тремя дроидами-уборщиками и девятью транспортными платформами мне необходима помощь. И вот эту помощь я собираюсь получить от стимуляторов.

— В данном случае считаю применение стимулирующих препаратов допустимым.

<p>Глава 16</p>

16