Пустой стеклянный цилиндр приподнялся, а я на площадку под ним встал.

Вот тебе и библиотека, место, где книжки живут.

Глава 47

Глава 47 Меня терзают смутные сомнения

Струйки тёплой воды смывали что-то желтое с волос, плеч, спины...

— О, ты уже здесь. Быстрее меня отстрелялся.

В дверной проем душевой шагнул Коромыслов. Со стороны бы на себя он сейчас посмотрел — цыпленок да и только. Желтенький.

Конечно, быстрее. У меня-то только рука отсутствует, а у него — и руки, и ноги нет.

Сегодня нам пока ничего не восстановили. Ну, или не отрастили. Это, если образно сказать. Только мерки сняли — так парень в зале со стеклянными цилиндрами проведенный процесс обозначил.

Мне — одну мерку. Мишке — две. Понятно, что это больше времени заняло.

Сегодня нас ещё домой отпустят, а как будут мерки готовы мы в эти цилиндры на две недели угнездимся. Отрастят нам утерянное в лучшем виде.

Затем — перерыв. На сколько? Тут уж как пойдет. У всех не одинаково бывает. Это, опять же со слов того парня из зала с цилиндрами. Может — месяц, а может и больше. Торопиться тут не надо, да и не от них это зависит.

Не от них? А от кого?

Парень мне не ответил. У доктора мол сам спрашивай.

Далее будет трансформация. Какая — зависит от тестов. Про них я опять же ничего не выяснил. В зал мужик в белом халате вошел, тот самый доктор, что всё знает, и меня в душ погнали.

По Мишке же, он всё ещё в цилиндре находился, сеточка туда-сюда сновала, искорки ещё какие-то то там, то тут в ней вспыхивали.

Со мной, наверное, такое же было, но я в наблюдении за этим процессом не участвовал. Меня, как Адама, в сон погрузили.

— Суперов из нас будут делать? — начал я исподволь вытягивать из Коромыслова информацию. Кто они такие, Мишка точно должен знать.

— Как получится. Хорошо бы...

Ничего полезного для меня в словах лейтенанта не было. Продолжить разговор на эту тему я побоялся. Сейчас мне очень осторожным надо быть, не выдать своё происхождение. Ну, что не местный я, а попал сюда неведомыми путями.

Об этом попадании я только чего и не передумал. Не просто же так оно случилось. Если с точки зрения науки посмотреть, то любое явление или объект сами по себе не существуют, а являются частью какой-то системы и выполняют в ней свою роль. Не было бы этой самой роли — объект или явление бы не существовали. Значит, есть у меня какое-то тут предназначение. Какое? Зачем я здесь? Не обязательно что-то изменить, а может для осуществления чего-то нужен...

Вот оно — горе от ума и лишние печали.

— Может и будем суперами, а может — спецами, — между тем продолжал Коромыслов.

Так, так, так... Ещё и спецы какие-то неведомые нарисовались! Час от часа не легче!

— Ты бы куда хотел? — провоцирую я Мишку на капельку новой информации.

— Как куда? — Коромыслов даже в мою кабинку из своей заглянул, намыленную голову продемонстрировал. — В супера. Думать бы не стал.

Так, несколько стекляшек в мозаике моего возможного будущего появились... Пусть не в центре, а где-то ближе к краю, но и это хорошо. Торопиться не будем, пусть всё как идёт, так и идёт.

— Тебе, может, лучше и в спецы. Ты же врачом хотел стать... — Мишка говорит и говорит, уменьшает немного глубину моего невежества.

Понятно. Врач — спец, специалист. Кстати, неплохой вариант. Если что-то от меня будет зависеть, надо будет попытаться его реализовать.

На фоне всего этого одна мысль всё же не давала мне покоя. Полное восстановление и трансформация, как-то это выбивалось из общей местной картины. Более высокотехнологичным, привнесенным извне мне это казалось. Не доросли тут пока до такого. Это как в каменном веке из пластиковых стаканчиков кофе пить. Стаканчики такие произвести требуется, это тебе не палка-копалка.

Тут опять появлялась целая цепочка вопросов.

Кто дал эти технологии?

Зачем?

Почему?

И так далее по списку.

Тут тебе и черные шары ещё в придачу. Из пробоев.

Имеется на данном игровом поле какая-то ещё третья сторона, сила, участник? Здесь про шары-то и пробои не говорят, лишнего слова из кого-то не выжмешь, а ещё и восстановление, трансформация...

Дело ясное, что дело темное.

— Скоро вы там? — незнакомый голос прервал мой разговор с Мишкой. — Всю воду решили перевести? К доктору уже идите.

Тот, кто говорил, так нам и не показался. Сказал и ушел. За дверьми душевой было пусто когда я и Коромыслов туда вышли.

— Ишь, воды стало жалко... — бубнил Мишка одеваясь. — Мы кровь проливали, а они на нас водичку экономить решили.

Говорил он, впрочем, не зло, а так — для порядка.

Тут вдруг Мишка замолчал. Даже одеваться перестал.

— Понял. Сейчас понял!

— Ты, про что, Миш? — опять Коромыслова куда-то понесло, перебросило с воды на другое.

— Про руку.

— Какую руку?

— Теплую. Ну, что вроде — протез, а как рука чувствуется.

А, это он о вчерашнем...

— Говори, что понял. Ждут уже нас, — поторопил я Коромыслова.

— Маскируют они руку. Отрастили её, а всем видно, что протез...

Так, так, так... Усилил ты, Мишка, мои подозрения, очень даже усилил!

Глава 48

Глава 48 Новая рука

Я сжал правый кулак. Разжал пальцы. Снова сжал. Разжал. Пальцами пошевелил.