Читаем Самозванка с короной полностью

— Что? — Эмир примчался к Калебу, опустил ладонь на меч. — Где этот лорд?

— В Тимбрале, насколько я слышал, — сказал Калеб. — Я немедленно отправлюсь туда. Если ее забрали, потому что…

— Уверена, Микатея в порядке! — пронзительно сказала Мика. — Никто из вас не побежит в Тимбрал.

Калеб повернулся к ней, и она увидела миг, когда осознание ударило его, как молния. Он побелел, широко открыл рот. Он был не просто в шоке. Он был в ужасе.

Это было плохо.

Мика вскочила на ноги, запуталась в одеяле.

— Идемте в мою каюту, лорд Калеб, — сказала она. — Эмир, ты тоже пройдешь с нами.

Эмир моргнул, глядя на нее. Она не должна была звать его по имени, но нужно было, чтобы он слушал. Ей нужно было поговорить с ними наедине, пока они не испортили все, или пока глупые юные герои не убежали в Тимбрал вместе спасать ее.

Ингрид смотрела на все это с интересом, но Мика ничего не могла сейчас с этим поделать. Она объяснит позже… как-то.

Не смея смотреть на настоящую Джессамин, Мика поспешила под палубу и прошла к своей каюте, Калеб и Эмир следовали за ней. Она впустила их внутрь и захлопнула дверь.

— Ладно, — начала она.

Она не успела добавить ни слова, Калеб толкнул ее к стене. Он прижал ее к месту, не так сильно, чтобы вредить, но она не могла двигаться или отбиваться.

— Где она? — осведомился он.

— Калеб…

— Ты убила ее? Говори. Я знал, что что-то в тебе не так. Ты работала все это время на Обера?

— Нет! Я всегда была на стороне принцессы, — она вырывалась, ее черты менялись. — Отпусти меня!

— Мика? — сказал Эмир. Это ты? Отпусти ее!

Он шагнул вперед, потянулся к мечу, но Калеб схватил его за форму и отодвинул, вдруг став сильным, как Мышца. Эмир уставился на юного лорда.

— Что случилось с Джессамин? — Калеб сильнее сжал и плечо Мики, чуть не поднял ее над полом. Теперь было больно. — Если ты ей навредила…

Мика наполнила легкие воздухом и закричала в его лицо:

— Опусти. Меня.

Калеб вдруг заметил, что его ладони стали сильнее обычного. Он отпустил ее и отпрянул на шаг, отпустил и Эмира.

— Прости, я…

Дверь распахнулась с силой, ударилась об стену. Они повернулись, потянулись к оружию.

— Не смей ей вредить, дурак! — настоящая Джессамин стояла на пороге, глаза пылали над вуалью. — Ты все испортишь.

Калеб глядел.

— Джессамин? Ты жива?

— Ясное дело, — она прошла в каюту. Баннер следовал за ней. — Как для вспышек скорости Пятна, Калеб, ты бываешь поразительно медленным.

— Но…

— Закрой дверь, Баннер, — сказала принцесса. — Следи, чтобы никто не подслушал.

Щит послушался, хотя ему пришлось придерживать дверь снаружи, потому что засов был сломан. Джессамин распахнула ее так сильно, будто сама была из Мышц.

Она повернулась к ним, взгляд метал молнии.

— Я еще никогда не видела такой глупости за всю жизнь. Я окружена неумехами.

— Джесса, — сказал Калеб. — Я думал, тебя убили и заменили. Почему ты сказала, что твой мимик ушла? — он посмотрел на Мику и помрачнел. — Ты пыталась избегать меня? Ты могла бы сказать, что не…

— Нет, — сказала Мика. — Дело не в…

— Мика, это точно ты? — перебил ее брат. — Ты работаешь на саму принцессу?

— На это нет времени, Эмир, — сказала Мика.

— Точно, Эмир, — сказала Джессамин. — Я еще не закончила с твоей жалкой сестрой. Неужели так сложно уберечь простой секрет, Микатея?

— Они собирались бежать в Тимбрал, потому что…

— Я не глухая, — рявкнула Джессамин. — Я все слышала, как и другие люди на палубе. Теперь леди Ингрид будет задаваться вопросом, почему этих двух дураков интересовал мой имитатор, и почему я повела их в свою каюту для разговора. Я неделями буду оправляться от этой катастрофы, даже если она не самозванка. А если бы на палубе было больше аристократов!

Калеб вскинул руки, движения чуть расплывались.

— Но почему Мика притворяется…?

— Поэтому!

Джессамин сорвала чепчик и вуаль, тут же заткнув его. Свет из иллюминатора озарял искажения ее лица. Растаявшая кожа, красные пятна, короткие волосы.

— Джесса, — сказал Калеб после мига потрясенного молчания. — Как?

— Твой милый дядя, — сказала Джессамин. Она была странно удовлетворённой от ужаса на лице друга. Она любила получать реакцию людей. — Он заметил мой тоник для бодрости гадким зельем. Мы остановили зелье, не дав ему убить меня, но ты видишь, почему Микатее пришлось взяться за роль самозванки.

— Пришлось? Джесса, это повод объявить войну Тимбралу и казнить Обера. Почему же ты это скрываешь?

— И я так говорила, — сказала Мика.

Джессамин повернулась к ней.

— Ты тут принцесса или я? Я не потерплю сомнений в моих решениях, особенно после того, как ты все запутала.

— Уверен, у тебя есть причины не объявлять это при дворе, — сказал Калеб. — Но почему ты не сказала мне?

— Калеб, — начала Джессамин. — Ты мой дорогой другой.

— Да? — Калеб посмотрел на нее, потом на Мику. — Я доверил вам обеим свою тайну. А вы не смогли так сделать?

— Ситуация деликатная, — сказала Джессамин.

— Я знаю о деликатных ситуациях.

В дверь вдруг постучали.

— Мы вот-вот высадимся на острове Пегас, моя принцесса, — позвал Баннер за дверью. — Сказать капитану подождать?

— Нет, я сейчас буду, — Джессамин глядела на Калеба. — У нас будут проблемы?