Читаем Самоучитель олбанского полностью

Надо сказать, что изначально слово хомяк (хомячок) применялось в интернете далеко не ко всем его обитателям, а только к убогим и сирым. Иначе говоря, это было негативное определение человека, похожее на употребление в обычном языке слова быдло, но менее грубое. В этом же значении в олбанском использовалось и название других грызунов — лемминги, которые, по легенде, сбиваются в толпу и кончают жизнь самоубийством, бросаясь с обрыва в океан. И хомячкам и леммингам приписываются разные банальные фразы, в частности, знаменитое выражение Как страшно жить! (восходящее к тексту Александра Куприна, но ставшее сегодня популярным благодаря Дине Корзун и Ренате Литвиновой).

В общем, хотя хомяк не сбивается в большие массы, но он беззащитен и безгласен.[100]

Продолжу, однако, речь о параллелизме явлений в реальном мире и в интернете. Он, безусловно, существует, а вместе с ним существует и параллелизм лексический. Относительное равноправие двух миров лучше всего подтверждается существованием слов онлайн и оффлайн (офлайн), заимствованных из английского: online или on-line («на связи, в интернете») и offline или off-line («вне связи, вне интернета»). Не хочу долго обсуждать правописание слова оффлайн. Скажу только, что раньше в заимствованных словах двойные согласные на конце слова или перед согласной сокращались, но сейчас это правило практически не действует, и они сохраняются. Поэтому здесь я снова расхожусь с орфографическим словарем. Если судить по данным поисковых машин, оба написания употребляются с примерно одинаковой частотой, хотя оффлайн все же немного чаще.

Но равноправие реального и виртуального миров все же относительно. В языке существует больше слов и обозначений для необычного, хотя и важного, чем для обычного и потому не очень заметного. Отклонения от нормы важнее нормы.

Так вот сетеголовым не удалось отделить себя от остального человечества, и тогда с помощью специальных слов они отделили это «несетевое» человечество и «несетевую» жизнь от себя, то есть сделали именно всемирную паутину исходной, а реальный мир вторичным. Собственно, его так и называют реалом: Давай встретимся в реале! Существование жаргонного слова реал и отсутствие слова — достойной пары для мира виртуального, как раз и свидетельствует о вторичности жизни вне интернета. Интересно, что естественный кандидат в пару к реалу — слово вирт — обычно используется в более узком значении. Виртом в жаргоне называют виртуальный секс, что опять же свидетельствует о некоторой его экзотичности. По крайней мере, пока.

Говоря о реале, надо не забыть назвать и английские аббревиатуры, которые не очень часто, но все же мелькают в русском интернете: IRL и RL. Раскрываются они просто: in real life и real life («в реальной жизни» и «реальная жизнь»). Существование особой предложной аббревиатуры говорит нам о важности именно этой конструкции.

Точно так же и в русском языке реал чаще всего встречается с предлогом в, то есть слова в реале мы произносим чаще, чем, например, реал в именительном падеже.

Раз существуют параллельные миры, то должны быть и переходы между ними. В олбанском появились глаголы, обозначающие переход, правда, только в одну сторону, а именно из настоящего, то есть сетевого, в ненастоящий, то есть реальный мир. Не пора ли нам развиртуализоватъся, — говорит обитатель сети другому (варианты — развиртуализироватъся, девиртуализ(ир)оваться). Что означает — познакомиться в том другом мире — мире № 2.

Итак, для параллельных понятий, как мы видим, существуют вполне употребительные обозначения, и я назову еще несколько важных слов.

Одно из таких слов — ник. Ник — это имя человека в интернете в самом широком смысле слова имя. Несмотря на его огромную важность, говорить о нем много не имеет смысла. В интернете предлагаются различные классификации ников, советы по выбору ников и т. д. Все это не очень интересно по одной простой причине. Ником может, в принципе, стать любая последовательность значков клавиатуры (или ASCII кодов), а фантазия человеческая, как мы знаем, беспредельна. Так что в интернете можно встретить людей с ником и Мария Ивановна Савельева, и леди Гага, и ведьма, и Vero4ka, и onepamop (латинскими буквами), и Brad Pitt, и %;%;%88.

Перейти на страницу:

Все книги серии Corpus

Наваждение Люмаса
Наваждение Люмаса

Молодая аспирантка Эриел Манто обожает старинные книги. Однажды, заглянув в неприметную букинистическую лавку, она обнаруживает настоящее сокровище — сочинение полускандального ученого викторианской эпохи Томаса Люмаса, где описан секрет проникновения в иную реальность. Путешествия во времени, телепатия, прозрение будущего — возможно все, если знаешь рецепт. Эриел выкладывает за драгоценный том все свои деньги, не подозревая, что обладание раритетом не только подвергнет ее искушению испробовать методы Люмаса на себе, но и вызовет к ней пристальный интерес со стороны весьма опасных личностей. Девушку, однако, предупреждали, что над книгой тяготеет проклятие…Свой первый роман английская писательница Скарлетт Томас опубликовала в двадцать шесть лет. Год спустя она с шумным успехом выпустила еще два, и газета Independent on Sunday включила ее в престижный список двадцати лучших молодых авторов. Из восьми остросюжетных романов Скарлетт Томас особенно высоко публика и критика оценили «Наваждение Люмаса».

Скарлетт Томас

Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика
Наша трагическая вселенная
Наша трагическая вселенная

Свой первый роман английская писательница Скарлетт Томас опубликовала в 26 лет. Затем выпустила еще два, и газета Independent on Sunday включила ее в престижный список двадцати лучших молодых авторов. Ее предпоследняя книга «Наваждение Люмаса» стала международным бестселлером. «Наша трагическая вселенная» — новый роман Скарлетт Томас.Мег считает себя писательницей. Она мечтает написать «настоящую» книгу, но вместо этого вынуждена заниматься «заказной» беллетристикой: ей приходится оплачивать дом, в котором она задыхается от сырости, а также содержать бойфренда, отношения с которым давно зашли в тупик. Вдобавок она влюбляется в другого мужчину: он годится ей в отцы, да еще и не свободен. Однако все внезапно меняется, когда у нее под рукой оказывается книга психоаналитика Келси Ньюмана. Если верить его теории о конце вселенной, то всем нам предстоит жить вечно. Мег никак не может забыть слова Ньюмана, и они начинают необъяснимым образом влиять на ее жизнь.

Скарлетт Томас

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Ночной цирк
Ночной цирк

Цирк появляется неожиданно. Без рекламных афиш и анонсов в газетах. Еще вчера его не было, а сегодня он здесь. В каждом шатре зрителя ждет нечто невероятное. Это Цирк Сновидений, и он открыт только по ночам.Но никто не знает, что за кулисами разворачивается поединок между волшебниками – Селией и Марко, которых с детства обучали их могущественные учителя. Юным магам неведомо, что ставки слишком высоки: в этой игре выживет лишь один. Вскоре Селия и Марко влюбляются друг в друга – с неумолимыми последствиями. Отныне жизнь всех, кто причастен к цирку, висит на волоске.«Ночной цирк» – первый роман американки Эрин Моргенштерн. Он был переведен на двадцать языков и стал мировым бестселлером.

Эрин Моргенштерн

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Магический реализм / Любовно-фантастические романы / Романы
WikiLeaks изнутри
WikiLeaks изнутри

Даниэль Домшайт-Берг – немецкий веб-дизайнер и специалист по компьютерной безопасности, первый и ближайший соратник Джулиана Ассанжа, основателя всемирно известной разоблачительной интернет-платформы WikiLeaks. «WikiLeaks изнутри» – это подробный рассказ очевидца и активного участника об истории, принципах и структуре самого скандального сайта планеты. Домшайт-Берг последовательно анализирует важные публикации WL, их причины, следствия и общественный резонанс, а также рисует живой и яркий портрет Ассанжа, вспоминая годы дружбы и возникшие со временем разногласия, которые привели в итоге к окончательному разрыву.На сегодняшний день Домшайт-Берг работает над созданием новой платформы OpenLeaks, желая довести идею интернет-разоблачений до совершенства и обеспечить максимально надежную защиту информаторам. Однако соперничать с WL он не намерен. Тайн в мире, по его словам, хватит на всех. Перевод: А. Чередниченко, О. фон Лорингхофен, Елена Захарова

Даниэль Домшайт-Берг

Публицистика / Документальное

Похожие книги

Язык как инстинкт
Язык как инстинкт

Предлагаемая вниманию читателя книга известного американского психолога и лингвиста Стивена Пинкера содержит увлекательный и многогранный рассказ о том феномене, которым является человеческий язык, рассматривая его с самых разных точек зрения: собственно лингвистической, биологической, исторической и т.д. «Существуют ли грамматические гены?», «Способны ли шимпанзе выучить язык жестов?», «Контролирует ли наш язык наши мысли?» — вот лишь некоторые из бесчисленных вопросов о языке, поднятые в данном исследовании.Книга объясняет тайны удивительных явлений, связанных с языком, таких как «мозговитые» младенцы, грамматические гены, жестовый язык у специально обученных шимпанзе, «идиоты»-гении, разговаривающие неандертальцы, поиски праматери всех языков. Повествование ведется живым, легким языком и содержит множество занимательных примеров из современного разговорного английского, в том числе сленга и языка кино и песен.Книга будет интересна филологам всех специальностей, психологам, этнографам, историкам, философам, студентам и аспирантам гуманитарных факультетов, а также всем, кто изучает язык и интересуется его проблемами.Для полного понимания книги желательно знание основ грамматики английского языка. Впрочем, большинство фраз на английском языке снабжены русским переводом.От автора fb2-документа Sclex'а касательно версии 1.1: 1) Книга хорошо вычитана и сформатирована. 2) К сожалению, одна страница текста отсутствовала в djvu-варианте книги, поэтому ее нет и в этом файле. 3) Для отображения некоторых символов данного текста (в частности, английской транскрипции) требуется юникод-шрифт, например Arial Unicode MS. 4) Картинки в книге имеют ширину до 460 пикселей.

Стивен Пинкер

Языкознание, иностранные языки / Биология / Психология / Языкознание / Образование и наука
Собрание сочинений в пяти томах (шести книгах) Т. 5. (кн. 1) Переводы зарубежной прозы
Собрание сочинений в пяти томах (шести книгах) Т. 5. (кн. 1) Переводы зарубежной прозы

Том 5 (кн. 1) продолжает знакомить читателя с прозаическими переводами Сергея Николаевича Толстого (1908–1977), прозаика, поэта, драматурга, литературоведа, философа, из которых самым объемным и с художественной точки зрения самым значительным является «Капут» Курцио Малапарте о Второй Мировой войне (целиком публикуется впервые), произведение единственное в своем роде, осмысленное автором в ключе общехристианских ценностей. Это воспоминания писателя, который в качестве итальянского военного корреспондента объехал всю Европу: он оказывался и на Восточном, и на Финском фронтах, его принимали в королевских домах Швеции и Италии, он беседовал с генералитетом рейха в оккупированной Польше, видел еврейские гетто, погромы в Молдавии; он рассказывает о чудотворной иконе Черной Девы в Ченстохове, о доме с привидением в Финляндии и о многих неизвестных читателю исторических фактах. Автор вскрывает сущность фашизма. Несмотря на трагическую, жестокую реальность описываемых событий, перевод нередко воспринимается как стихи в прозе — настолько он изыскан и эстетичен.Эту эстетику дополняют два фрагментарных перевода: из Марселя Пруста «Пленница» и Эдмона де Гонкура «Хокусай» (о выдающемся японском художнике), а третий — первые главы «Цитадели» Антуана де Сент-Экзюпери — идеологически завершает весь связанный цикл переводов зарубежной прозы большого писателя XX века.Том заканчивается составленным С. Н. Толстым уникальным «Словарем неологизмов» — от Тредиаковского до современных ему поэтов, работа над которым велась на протяжении последних лет его жизни, до середины 70-х гг.

Сергей Николаевич Толстой , Эдмон Гонкур , Марсель Пруст , Антуан де Сент-Экзюпери , Курцио Малапарте

Языкознание, иностранные языки / Проза / Классическая проза / Военная документалистика / Словари и Энциклопедии