Читаем Самоучитель олбанского полностью

Последнее принципиально. Письменная речь оказывается богаче устной, потому что она может быть нелинейна. Зачеркивание выявляет новое измерение, позволяющее дополнять речь мыслями, раскрывать внутреннюю речь. В процессе говорения пишущий с помощью зачеркивания транслирует то, что он думает в момент речи, но по каким-то причинам не решается или не хочет произнести. Кстати, поэтому часто зачеркивается брань, матерная лексика. Автор как бы удерживается от произнесения бранных слов, хотя эту игру едва ли можно назвать тонкой. Зачеркнутая, но доступная собеседнику брань остается бранью.

Упомянутый выше Артемий Лебедев на своем сайте (artlebedev.ru) разместил текст под названием «Ководство»,[77] состоящий из постоянно дописываемых параграфов. § 135 называется «Неформальная типографика», и в нем написано о двух ее видах: смайликах и зачеркивании.

Про зачеркивание Лебедев пишет следующее:

Этот прием первыми открыли рекламисты, перечеркивавшие «старую» цену. Рядом писалась более низкая цена, а старая оставалась для сравнения. Естественно, зритель видит и ту, и другую.

Выделение подразумеваемого смысла зачеркиванием стало в последние пару лет очень популярным среди бездельников и эксгибиционистов авторов блогов и дневников.

Зачеркивание прекрасно смотрелось бы в рекламном или газетном заголовке, не говоря уже о простом книжном тексте.

В письменной речи интернета есть еще много разных приемов. Активно используется регистр, то есть прописные и строчные буквы. Причем одна из функций прописных букв в интернет-сообщениях — это выделение текста как важного. Многие рассматривают это просто как аналог громкости, и в ответ на текст, написанный исключительно прописными буквами, можно получить реплику «Не кричи!». Также используются разные шрифты и т. д. Отдельным приемом является слитное написание двух или более слов, создающее, в частности, эффект скороговорки, то есть опять же имитирующее устную речь.

Все эти примеры подтверждают сказанное выше: коммуникация в интернете ставит задачу обогащения и оживления письменной формы языка.

И последний пример. Есть еще один способ обогащения письменной речи — это описание поведения пишущего. Как правило, такой текст берется в звездочки,[78] а глагол употребляется в третьем (эффект отстранения) или в первом лице. Например, *смущается* или *хмурится*, *плачу* или *хохочу, как безумный*.

Такое использование звездочки (астериска), по-видимому, пошло из компьютерных языков, где этот знак в комбинации с другими использовался для выделения комментария (метатекста, не входящего в программу). Так, в языке Си, Си++ и некоторых других комментарий выделялся комбинацией звездочки и слеша: /*Это комментарий.*/ А в языке Паскаль и некоторых других — комбинацией звездочки и скобок: (*Это комментарий*) В английском интернет-жаргоне в звездочках часто ставятся специальные жаргонизмы, например facepalm (буквально «лицорука»), что обозначает жест — ладонь, поднесенную к лицу, что в свою очередь означает отчаяние, разочарование, как правило, связанное с тупостью собеседника. Этот жест часто изображается с помощью ASCII-графики. Другой яркий пример — headdesk (буквально «головастол»), обозначающий еще более сильную фрустрацию (голова от отчаяния падает на стол). Выражение facepalm настолько популярно, что используется и в русской интернет-коммуникации:

Вместо еще одного примера напомню, что facepalm уже встречалось в этой книге (см. комментарий к письму Акопова).

Звездочки окружают текст, который является метатекстом, то есть описывает реальность, сопутствующую тексту. Надо сказать, что в этой же функции могут выступать и скобки: (смеется и уходит). Это очень похоже на авторские ремарки в театральной пьесе. И это тоже придает тексту новое измерение. Только, в отличие от зачеркивания, речь дополняется не мыслями, а описанием поведения (или эмоций) пишущего. Если ограничиваться только эмоциями, то имеет место очевидное пересечение со смайликами. Возможно, поэтому этот прием не слишком распространен и популярен, хотя очень важен для интернет-коммуникации. В общем, это пока только эксперимент, но эксперимент продолжается.