Читаем Сальватор полностью

— Вот негодяй! — как всегда сдержанно проговорил Сальватор.

— Да, отвратительный проходимец! — сжав кулаки, процедил сквозь зубы Петрус.

— И что вы намерены предпринять? — пристально глядя на Петруса, спросил Сальватор.

— Не знаю! — в отчаянии воскликнул Петрус. — Я думал, что сойду с ума. К счастью, я вспомнил о вас, что вполне естественно, и поспешил к вам за советом и помощью.

— Значит, вы ничего не придумали?

— Признаться, пока я вижу только один выход.

— Какой же?

— Пустить себе пулю в лоб.

— Это не выход, это преступление, — холодно произнес Сальватор, — а преступление никого еще не излечивало от горя.

— Простите меня, — сказал молодой человек, — но вы должны понять: я просто потерял голову.

— А ведь сейчас голова вам нужна как никогда!

— Ах, друг мой! Дорогой мой Сальватор! — бросаясь ему на шею, вскричал молодой человек. — Спасите меня!

Фрагола наблюдала за ними, скрестив руки на груди и склонив голову набок: она олицетворяла собой Сострадание.

— Постараюсь! — пообещал Сальватор. — Но для этого мне необходимо знать все обстоятельства дела до мельчайших подробностей. Как вы понимаете, я спрашиваю об этом не из любопытства.

— Храни меня Бог, у меня нет от вас тайн! Разве у Регины есть секреты от Фраголы?

И Петрус протянул руку девушке.

— В таком случае, — сказала Фрагола, — почему она не пришла ко мне сама?

— Чем бы вы могли помочь ей в сложившемся положении?

— Поплакать вместе с ней, — просто отвечала Фрагола.

— Вы ангел! — прошептал Петрус.

— Времени терять нельзя! — остановил их Сальватор. — Каким образом письмо, адресованное госпоже графине Рапт, оказалось у вас в руках? Как письма госпожи графини Рапт попали в руки к этому бандиту? И кого вы подозреваете в краже?

— Я постараюсь отвечать в том же порядке, как вы задали свои вопросы, дорогой Сальватор. Но не сердитесь, если я отклонюсь от намеченного вами пути: я сейчас не способен владеть собой так, как вы.

— Говорите, друг мой, говорите! — ободряюще и ласково промолвил Сальватор.

— Говорите и доверьтесь Всевышнему! — прибавила Фрагола, двинувшись было в сторону двери.

— О, останьтесь, останьтесь! — попросил Петрус. — Ведь вы подружились с Региной еще раньше, чем мы с Сальватором.

Фрагола поклонилась в знак согласия.

— Так вот, сегодня утром, полчаса назад, — после минутного молчания, собравшись с духом, начал рассказывать Петрус, — ко мне пришла Регина, и я едва ее узнал, так она изменилась в лице.

«Мои письма у вас?» — спросила она.

Я был далек от того, что произошло, и в свою очередь спросил:

«Какие письма?»

«Письма, которые я писала вам, мой друг, — отвечала она. — Одиннадцать писем!»

«Они здесь».

«Где здесь?»

«В этом сундуке, заперты в нашем ларце».

«Отоприте его, посмотрите сами и покажите их мне».

Ключ висел у меня на шее, я никогда с ним не расстаюсь. Ларец по-прежнему находился в сундуке, и я решил, что могу ответить утвердительно.

«Покажите мне их, скорее, скорее!» — повторила она.

Я подошел к сундуку, откинул крышку, ларец стоял на месте.

«Взгляните!» — пригласил я.

«Ларец я вижу, а письма, письма?»

«Они внутри!»

«Покажите их мне, Петрус!»

Я отпер ларец, ни о чем не подозревая и улыбаясь.

Ларец был пуст!

Я закричал от отчаяния, Регина жалобно застонала.

«Значит, это правда!» — произнесла она.

Я был раздавлен и не смел поднять голову. Я упал перед ней на колени.

Только тогда она мне подала уже известное вам письмо. Я его прочел… Друг мой, я тогда ясно понял, как легко стать убийцей.

— Вы кого-нибудь подозреваете? Вы уверены в своем лакее? — спросил Сальватор.

— Мой лакей дурак, но на подлость он не способен.

— Но ведь не может быть, чтобы вы кого-нибудь не подозревали!

— У меня есть подозрение, но уверенности никакой!

— В расследовании так обычно и действуют: продвигаются от известного к неизвестному. Кого вы подозреваете?

— Человека, которого вы видели бы, если бы не перестали с некоторых пор у меня бывать.

Вместо того чтобы извиниться за долгое отсутствие, Сальватор промолчал.

— Человека, — повторил Петрус, понимая причину его молчания, — который выдавал себя за моего крестного.

— Крестного?.. A-а, да, да, что-то вроде капитана, так?

— Совершенно верно.

— Большого любителя живописи?

— Да, старого товарища моего отца. Вы с ним знакомы?

— Нет, но перед моим отъездом Жан Робер сказал мне о нем пару слов, и я по описанию заподозрил неладное: мне показалось, вы стали жертвой мошенничества или мистификации. К сожалению, мне пришлось на несколько дней уехать. Как раз сегодня я собирался зайти и познакомиться с этим персонажем… Так вы говорите, этот человек?..

— Представился как старый товарищ моего отца, назвался хорошо мне знакомым именем, которое я был приучен почитать с детства как имя храброго и честного моряка.

— А имел ли право появившийся в вашем доме человек носить это имя?

— Почему я должен был в этом усомниться, да и зачем ему было меня обманывать?

— Как видите, чтобы украсть письма.

— Как я мог это предположить? Он появился у меня как богатый набоб и для начала оказал мне услугу.

— Услугу! — пристально посмотрев на Петруса, повторил Сальватор. — Какую услугу?