Читаем Салимов удел полностью

Был вторник, шестнадцатое сентября, первый день школьных занятий, и парк волшебным образом опустел, лишившись своих самых шумных посетителей. Остались только рассеянные по всему парку мамаши с младенцами, несколько стариков, сидящих возле военного мемориала, да эта девушка в пятнистой тени кривого старого вяза.

Она оторвалась от книги и увидела его. По лицу прошла тень испуга. Она опустила глаза к странице, снова поглядела на Бена, начала подниматься, видимо, одумалась, все-таки встала и снова села.

Он поднялся и подошел, тоже с книгой в руках. Это был вестерн в мягкой обложке.

- Привет, - дружелюбно сказал Бен. - Мы знакомы?

- Нет, - сказала девушка. - То есть... вы - Бенджамен Мирс, правильно?

- Правильно. - Он поднял брови.

Девушка нервно рассмеялась, не глядя ему в глаза - только бросая украдкой короткие взгляды в попытках прочесть показания барометра намерений Бена. Она совершенно очевидно была не из тех девиц, что имеют привычку заговаривать в парке с незнакомыми мужчинами.

- А я уж подумала, что вижу привидение. - Она приподняла книгу, которая лежала у нее на коленях. Бен мельком увидел, что на толстом обрезе страниц оттиснуто: "Публичная библиотека Иерусалимова Удела". Книга оказалась "Воздушным танцем", его вторым романом. Девушка показала Бену заднюю обложку - с нее смотрела его собственная фотография, фотография теперь уже четырехлетней давности. Лицо выглядело мальчишеским и пугающе серьезным - глаза казались черными бриллиантами.

- С таких вот несущественных встреч начинаются династии, - сказал он и, хотя замечание было брошено просто так, в шутку, оно странным образом зависло в воздухе, как произнесенное в насмешку пророчество. В заболоченном пруду у них за спиной плескались несколько недавно научившихся ходить малышей, а мама внушала Родди: "Не раскачивай сестренку так высоко". Невзирая на это, сестренка в развевающемся платьице взлетала на качелях под самое небо. Этот момент Бен помнил и много лет спустя - как будто от пирога времени отрезали особый маленький кусочек. Если в такой миг между двумя людьми ничего не вспыхнуло, он просто канет обратно туда, где разрушаются воспоминания.

Потом она рассмеялась и протянула ему книгу.

- Не дадите автограф?

- На библиотечной книжке?

- Я выкуплю ее у них и заменю.

Он отыскал в кармане свитера механический карандаш, раскрыл книгу на форзаце и спросил:

- Как вас зовут?

- Сьюзан Нортон.

Он быстро, не задумываясь, написал: "Сьюзан Нортон, самой хорошенькой девушке в парке. С теплыми пожеланиями, Бен Мирс." Под своей подписью он размашистым почерком добавил дату.

- Теперь вам придется ее украсть, - сказал он, возвращая книгу. "Воздушный танец" больше не издают - увы.

- Закажу копию в одном из книгохранилищ в Нью-Йорке, - она замялась и на этот раз посмотрела ему в глаза чуть более долгим взглядом. - Это ужасно хорошая книга.

- Спасибо. Когда я снимаю ее с полки и гляжу на нее, то никак не могу понять, почему ее вообще напечатали.

- И часто снимаете?

- Ага, но стараюсь с этим покончить.

Она усмехнулась, и оба рассмеялись, что сделало ситуацию более естествен ной. Позже у Бена будет случай подумать, как легко, как гладко все произошло. Эта мысль никогда не прибавляла ему душевного комфорта. Она вызывала в воображении образ судьбы, но не слепой, а обладающей фантазией и чувствами, воз намерившейся размолоть беспомощных смертных между огромных жерновов Вселенной, чтобы испечь некий неизвестный нам хлеб.

- И "Дочь Конвея" я тоже читала. Прелесть. Полагаю, вы все время это слышите.

- На удивление редко, - честно признался Бен. Миранда тоже обожала "Дочь Конвея", но приятели Бена из кофеен по большей части отвечали уклончиво, а почти все критики ее громили. Ну, вот тебе твоя критика: выкидываем сюжет, заменяем мастурбацией.

- А я слышала часто.

- А новую книгу вы читали?

- "Билли сказал: давай-давай"? Еще нет. Мисс Кугэн из аптеки говорит, книжка здорово неприличная.

- Да черт возьми, она почти пуританская, - сказал Бен. - Язык, правда, грубоват, но когда пишешь про неотесанных деревенских парней, нельзя же... послушайте, можно, я куплю вам мороженое, что ли? Мне как раз ужасно захотелось мороженого с содовой.

Она в третий раз заглянула ему в глаза. Потом тепло улыбнулась.

- Конечно. Обожаю мороженое. У Спенсера оно просто классное.

Таково было начало.

- Вот это мисс Кугэн?

Бен задал вопрос, понизив голос. Он смотрел на высокую сухопарую женщину в накинутом поверх белого халата красном нейлоновом пыльнике. Ее подсиненные волосы были вручную уложены ступенчатыми волнами.

- Да, она. У нее есть тележка, которую она каждый вторник вечером берет с собой в библиотеку. И доводит мисс Старчер до бешенства, потому что загружает в эту тележку не меньше тонны формуляров на книжки, которые хочет отложить.

Они сидели на красных кожаных табуретках у фонтанчика содовой. Бен пил содовую с шоколадом, Сьюзан - с клубничным сиропом.